– Ты такая же храбрая, как и я. Просто это нужно доказать. – Мой разум ухватился за шанс исцелить ее отчаяние. Есть способ заставить Ника это увидеть. Должен быть. – Гонки. Завтра мы можем отправиться на берег и устроить соревнование по плаванию. И убедиться, что ты победишь.
Анна поморщилась.
– Это не звучит очень храбро.
– Ты видела сегодня океан? Течение очень сильное. Завтра будет точно такое же.
Она глубоко вздохнула и подняла голубые глаза. Анна осмотрела красивую лужайку и возвышающиеся башенки замка за ней. Через долгое мгновение она кивнула.
– По крайней мере, с этого можно начать.
Можно было. Я просто не знала, что это начало конца.
Теперь я вздыхаю и смотрю на место, к которому приросла Анна. Здесь, навсегда со мной. Из-за меня.
– Что мне сделать? – наконец спрашиваю я.
Если бы Анна не была привязана к морскому дну, то, скорее всего, подпрыгнула бы вверх – судя по радости в ее голосе. Предложение, которое прежняя подруга хранила внутри, вырывается в мутную воду между нами.
– Тебе нужно стать человеком, Эви. Восстановить баланс. Это единственный способ остановить морского царя.
Она так рада, что я почти мучаюсь угрызениями совести, прерывая Анну.
– Я не могу этого сделать. Ты понимаешь, что не могу. Ты знаешь, что я пыталась убраться отсюда задолго до того, как попросила его освободить меня.
– Да, задолго до этого. А сейчас ты не пыталась. – Девушка произносит слова так, словно это самая очевидная вещь в мире. – Ты только что отправила двух русалок на землю. Морской царь расстроен потерей частички магии из-за двоих отпрысков на суше и трех других без волос. Ты знаешь: новость о твоем побеге на поверхность заставит его плавники свернуться.
Она изложила свои доводы.
И все равно продолжила:
– Более того, ты использовала свою земную магию и успешно соединила ее с морской. Урда сделала тебя сильной, как никто другой, Эви.
Это комплимент. Я позволяю ему просочиться внутрь. Не помню, когда в последний раз мне говорили приятные слова. Но все же ее предложение невозможно.
– Но мне нечего дать Урде взамен, – говорю я, собрав щупальца под собой. Один обрезанный лежит сверху.
– Мои волосы, мой голос – все это понадобится, чтобы пережить путь наверх и выжить, что бы ни предпринял морской царь ради мести.
– А как насчет кольца, что сейчас у девушки? Оно принадлежало Нику, не так ли?
Я вздрагиваю, когда Анна произносит его имя. Но не уверена, что она это замечает. Мой голос отстраненный.
– Руне теперь не нужно отдавать его мне.
Анна смеется.
– И ты позволишь такой мелочи встать у тебя на пути?
Кольцо, нож, неиспользованные волосы принцесс – Анна права. Может, и сработает.
Золотистые лучи рассвета вспыхивают перед моими глазами. Воспоминание о том, как ома Рагн пела мне, бьет в грудь, словно ядро.
Хотя песня и была грустной, я любила «Месть Русалки». Я знала, что это песня с суши – и потому чувствовала некую вину за то, что она мне нравилась. Ведь постоянные напоминания отца о человеческой угрозе и зле людей звучали в ушах.
Однажды, когда я стала постарше, я спросила ому Рагн об этой песне. Почему бабушка вообще ее поет, раз автор – человек.
Она ответила незамедлительно:
– Моя дорогая Ру, я пела ее всем своим девочкам по одной простой причине: нам нельзя забывать, что думают о нас люди. – Она замолчала и слабо улыбнулась. – Или что мы можем с ними сделать.
Золотистый свет становится красноватым. Солнце ярко светит над водой. Я же могу лишь смотреть на то место, где когда-то сидела Алия.
– Или что мы можем сделать сами с собой, ома, – говорю я, а в голове крутится песня.
Впервые мне бы хотелось плакать, как люди. Я не могу – пока нет. Превращение еще не свершилось полностью. Тогда мне удастся поплакать, но сейчас это не помогает. У моего горя нет выхода. Всхлипов недостаточно. Бить кулаками по земле – недостаточно. Кричать в небо – недостаточно.
Хоть я никогда раньше их не чувствовала, слезы все равно кажутся освобождением. Когда телу больше нечего отдавать, оно может лишь вернуть свое горе в землю. Как и сделала Алия. Она стала тысячей слез и вернулась к Урде.
– Руна?
Я вздрагиваю от звука своего имени и поворачиваю голову, чтобы глянуть через плечо. Рука подползает к пистолету на коленях.
Уилл. Он стоит там. Его тело скрыто деревьями. Руки подняты в воздух, словно я уже наставила на парня пистолет. Несмотря на шок на моем лице, он делает шаг через защищавший его кустарник и выходит на открытую местность. Юноша все еще не опускает руки.
