– Мы ударим не только по лодкам, но и по припасам, рабочим местам, хранилищам. По всему, – говорю я. – Мы уничтожим их раз и навсегда. И убедимся, что отстроить эти лодки невозможно.
На лице Уилла мелькает чувство вины.
– Это означает забрать у половины порта средства к существованию.
Это правда. Но это их не убьет.
– Все равно нет короля, который мог бы одобрить оплату их тяжелой работы, – говорю я, морщась. – Что, если мы уберем плавающие мины в проливе? Обеспечим безопасность, чтобы они могли плавать до конца сезона? Так люди смогут наловить достаточно рыбы, чтобы пережить зиму и решение проблемы с наследником.
Уилл хмурится, как и тогда на балконе. Парень обдумывает мои слова. Он встречается со мной взглядом и слегка морщится.
– Ты не просто русалка. Ты связана с королевской семьей, не так ли?
Я не отвечаю. Вместо этого смотрю на них всех.
– Если мы собираемся воспользоваться хаосом, нужно действовать быстро.
Один за другим они кивают.
Хорошо.
Я подтягиваю стул и сажусь. Остальные делают то же самое.
Все смотрят на меня. Однако это не мой план. Я смотрю на Катрин. Та сидит на другой стороне стола.
– Расскажите мне все, что вы знаете о производстве подводных лодок.
Желание иного будущего для Алии давит на мои легкие свинцовой тяжестью.
Я не могу жить с сожалениями, учитывая, сколько лет мне, скорее всего, еще осталось. Но я жалею, что не дала магии что-то еще, помимо ее голоса. У меня были свои причины. Однако теперь я не могу не проигрывать все это снова и снова в своей голове. Если бы сделала что-то по-другому, возможно, магия оказалась бы добрее.
Пока в моей груди висят крюки горя и вины, морской царь полон огня и злости. Это бурлящее, нестабильное давление с его стороны накапливалось каждый день – подобно вулкану, грозящему извержением. Все это похоже на медленно надвигающийся шторм на горизонте: теплый, выжидающий, жестокий. Вся его переменчивая сила и магия, идущая с ним рука об руку, балансирует на краю катастрофы.
Я ожидала, что морской царь и его ярость нанесут мне еще один визит.
Меня даже больше беспокоит, что этого не случилось.
Ведь если он угрожает не мне – значит, его ярость еще страшнее.
И потому я наклоняюсь над котлом и призываю свою недостающую частичку:
–
Вихрь из ила в котле взрывается ярким сверкающим светом. Мои глаза уже так привыкли к темноте, что я моргаю. Я не видела такой синий цвет с того последнего путешествия в лодке с Ником, Икером и Аннамэтти.
Этого эффекта достаточно, чтобы я взглянула на ночь над головой. Небо над моим логовом точно черное, усеянное звездами и толстой луной.
Необычно синее свечение королевства стирает ночь – так же, как и темноту из глубин. Королевство – маяк под водой. Только магия морского царя способна принести свет.
Укрытые небесным пузырем десятки тысяч морских жителей смешиваются друг с другом в массивном амфитеатре из морского камня. Невероятного изящества красочные цветы украшают каждый верхний уровень стадиона, будто яркая радуга. Я не могу определить их, но даже издалека чувствую в них магию Алии.
– Магический дар каждой дочери отражен в ее саду, – объясняет Анна за моим плечом, словно ему знакомы мои мысли. – Способности Алии точно состояли в том, чтобы сделать что угодно красивым и, скорее всего, видеть красоту в других.
Глубоко внутри я чувствую: это правда.
– А способности Руны заключаются в выращивании сложных вещей, – отвечаю я.
– Да, а также у нее есть дар правильно обращаться со сложными людьми, включая ее отца и тебя.
Я смеюсь, хотя она права. Целую жизнь назад общаться со мной было легче. Я больше старалась угодить.
– Какой твой талант был отражен в саду? – спрашиваю я. Мне действительно любопытно. Когда Анна замолкает, я добавляю: – Или лучше мне перефразировать вопрос: какой,
Теперь Анна смеется. Однако ее смех такой горький, что едва ли считается.
– Удача. Мой сад был клумбой из четырехлистных клеверов. Только позже я поняла: они считали, что мне повезло там оказаться.
Комментарии бессмысленны.
В котле я вижу, как замолкают морские жители. В ожидании. Мы с Анной тоже замираем и ждем.
Я меняю вид, чтобы убедиться: Рагн придумала кое-что лучше, чем повесить щупальце на ремень морского царя. Вместо этого он носит частичку меня на цепи из морских жемчужин на шее. Вещь, которую должен увидеть мир. И она же позволяет мне видеть толпу и слышать звуки, которые мне были недоступны.
Морской царь перемещается. Теперь мне видна сцена позади него. Там сидят рядом его дочери – первые пять дочерей с длинными волосами и с собственными детьми; трое помладше с жемчужными ожерельями на головах, словно скрывают обрезанные волосы. Но утаить прически не получится. Они об этом знают. Лица девушек раскраснелись от тревоги, которую они пытаются скрыть так же, как и голые шеи. Среди этой компании есть и королевы – Рагн гордо восседает среди подданных. Там же и вторая жена морского правителя, царица Бодил.
