Вид меняется, когда морской царь поднимается на большой постамент из коралла. Его красные ветки тянутся к звездам, подобно рогам двенадцатирогого оленя. Его приветствуют аплодисменты. Мой щупалец наклоняется. Я вижу его словно вырезанный из мрамора подбородок. Царь кивает и жестикулирует. Я замечаю верхушку его короны из угрей, острую и блестящую, пока он благодарит всех. Потом шум стихает. Жители в ожидании смотрят на царя.
– Дорогие граждане морских владений, это большая честь для вас, ваших сограждан, царской семьи и вашего царя, что вы собрались здесь сегодня ночью.
Как и стоило ожидать, толпа аплодирует самой себе за свой визит. А потом морской царь делает паузу перед ключевыми словами.
– Граждане, ваша быстрая реакция важна в этот решающий момент. В этом нет никакой ошибки: наши жизни находятся под угрозой.
Толпа приходит в движение. Кто-то хвалит себя, а кто-то сурово кивает.
– Из-за людей наш мир всегда был более опасным – они угрожали уничтожить нас, раскрыть наши тайны, использовать. А теперь они нападают друг на друга, отравляют наши воды своими бомбами, которые взрываются ежедневно, – засоряют наш драгоценный мир своими гнилыми поступками. Хотя мы все знаем: мораль никогда не являлась сильной стороной человечества.
Я закатываю глаза. Этот мужчина волшебством превратил одну из людей в русалку и потом женился на ней. Лицемер. К тому же он лишен сочувствия.
– С тех пор как этим летом появились мины, уже случилось много опасных происшествий. Нам повезло – мало кто из морских жителей был ранен этим оружием.
Он делает паузу. Позади его дочери сжимают подлокотники своих кресел так, что костяшки побелели.
– Сегодня наша удача закончилась. – Морской царь позволяет этим новостям улечься. Тишина свинцом накрывает толпу.
Использовав эту паузу полностью, морской царь продолжает свою речь – он неплохой оратор.
– Сегодня днем установленная человеком мина взорвалась и убила горбатого кита, а также ранила десять морских жителей. Они охотились на него, чтобы добыть еду для своих семей.
Начинается суета. Потом раздаются аплодисменты. Царь поворачивается к шуму. Раненые морские жители выходят на сцену. Их конечности забинтованы, а лица покрыты синяками. Самому тяжело раненному помогают двое других. У него явно отсутствует бо́льшая часть хвостового плавника.
Когда они занимают свое место, царь поворачивается к толпе.
– Молитесь, чтобы эти храбрые души исцелились. И молитесь, чтобы мы вот так не потеряли еще одного кита – мы не сумеем кормить свой народ животными, испещренными шрапнелью.
Зрители мягко аплодируют, пока раненых уводят со сцены.
– Многие из вас знали о взрыве мины до сегодняшнего вечера и сразу же собрали свои семьи, друзей и соседей на этой арене, чтобы отдать дань уважения. Хорошо, что мы ищем компанию друг друга во времена испытаний. – Когда морской царь снова открывает рот, его голос становится тихим и тяжелым. – Но, возможно, вы не знаете, как сильно мы пострадали в этот день. Как пострадала в этот день моя семья.
Толпа громко ахает. Я тоже ахаю. Его намерения кристаллизуются в моей голове в слова еще до того, как мужчина их произносит.
– Нет, вы не можете, не могли бы…
Но он мог. Царь стал человеком, полным горечи. Он точно мог.
– Сегодня впервые взрыв мины убил одного из нас. И, к сожалению, очень близкого нам.
Зрители в толпе теперь вытягивают шеи, чтобы посчитать женщин позади царя. Бормочут.
– Сложно объявить об этом… Принцесса Алия умерла от ран после взрыва мины.
Все в толпе одновременно вздыхают. На их лицах шок.
– Мне сказали, что ее смерть была почти мгновенной. Она не страдала. Возможно, Алия даже не знала, что произошло. В этом я нахожу утешение. Я хочу, чтобы и вы нашли утешение.
Он делает паузу. Наступает такая тишина, что можно услышать даже падение булавки.
– К сожалению, это не конец истории. Как вы уже, наверное, догадались по виду правящей семьи сегодня вечером, не только мою Алию эти люди разорвали на кусочки. Нет, она была там с самой юной – принцессой Руной.
Внутри меня шевелится раскаленная ярость. Сплошная ложь за ложью. Как можно объяснять правду о двух пропавших дочерях такой историей? Его рассказ направлен на поддержание страха, который царь так долго создавал последние пятьдесят лет.
Толпа начинает перешептываться.
– Моей Руне повезло выжить во взрыве, который забрал ее сестру-двойняшку. Однако она тяжело ранена и без сознания. Возможно, моя дочь больше не очнется.
Толпа реагирует на это без лишних вопросов. Они верят каждому слову, хотя им любопытно – ведь никто из них раньше не слышал об этом взрыве. Такого слуха не было. Свидетели ничего не рассказывали. Никакой пришедший вовремя герой не притащил тела девушек в замок, чтобы рассказать эту историю.
Ничего.
Царь просто говорит об этом, и подданные ему верят. Никто не анализирует его слова. Ни единая душа не задает вопросов.
Я чуть ли не стираю этот образ сразу же. Не могу смотреть, как кто-то врет своему народу. Использует неправду, чтобы вызвать в них едкую пену из страха и жажды мести.
