“Так, успокойся. Пусть тебе в напарники достался не самый сообразительный индивид, пусть, если его распилить, можно будет установить его возраст по годовым кольцам, что с того? Придется работать с тем материалом, что есть”.
- “Серый порошок”. Убить четырех торговцев наркотиками, - медленно, растягивая слова принялся объяснять я.
- А, понял. Тогда валить его – и все дела, - просто и бесхитростно ответил Гоблин.
Челюсть моя немного отвисла. В своем ли уме мой компаньон?
- Здесь? - иронично уточнил я. - А свидетели?
- А что свидетели? Кто тебя опознает в этом полумраке?
Гоблин кивнул на ряд фонарей. Ближайший горел метрах в пяти от барыги. Пятно света не доставало до нужной мне лавки.
Нет, - отверг я этот план. - Так решительно не годится.
- А когда, чудак - человек? Едва узнают об убийстве барыги - как в районе появятся владельцы героина, которые будут чуточку обескуражены тем, что кто-то посмел заниматься убийствами торговцев на их территории. Барыги залягут на дно, и хуй ты потом кого сыщешь. Нет, это решительно самый подходящий случай.
Я лишь покачал головой. Очень хотелось сказать напарнику, что его план - говно, и участвовать в подобном я не желаю. Останавливало только одно: Гоблин прав, завтра этих барыг днем с огнем не сыщешь.
- Эх и вляпаемся, - прошипел я, поднимая с шеи и натягивая на лицо полумаску, на черной ткани которой был изображен оскаленный череп. Одернул пониже капюшон и свернул в парк.
Ни страха, ни мандража не было. Лишь холодный расчет: сделать все нужно быстро. Налететь, нанести два-три удара – и затеряться в глубине парка.
Видимо, торговец заметил наши с Гоблином манипуляции. А может, его чуйка сработала идеально – но парень встал с лавочки и направился вглубь парка.
Я прибавил шаг, стараясь его нагнать. Барыга обернулся, и, заметив быстро идущего за ним человека, бросился бежать.
- Ну, все. Теперь тебе точно пиздец! - прошипел я, тоже срываясь на бег.
В два прыжка я сорвал дистанцию, врезаясь барыге в спину, хватая его за толстовку и бросая на дорожку. Прямо под ноги двум идущим навстречу хорошеньким девочкам. Стройные, загорелые ноги, короткие юбки, милые мордашки. Они, весело хихикая, о чем-то переговаривались. Однако их веселье куда - то улетучилось, когда прямо под ноги им упало тело, пытающееся освободится от преследователя. А преследователь, то есть я, уселся на нем верхом, пытаясь не дать ему вырваться, и отвешивая хорошие пиздюлины по корпусу и голове, дабы цель перестала брыкаться.
Одна из девочек с визгом отпрыгнула в сторону. А вот вторая встала как вкопанная, с ужасом глядя на возившихся на тротуаре людей.
- Да проходи ты, чего встала? – грубо рявкнул я, силясь удержать вырывающегося торговца. Второй рукой я пытался вытащить из рукава отвертку.
Девочка что-то пролепетала, обходя нас по дуге. Поминутно оборачиваясь, подружки быстрым шагом двинулись к выходу из сквера.
Я с силой приложил вырывавшегося по затылку:
- Да не рыпайся ты, только мешаешь. Сейчас я быстро тебя заколю - и поеду домой пить чай. А ты брыкаешься. Мешаешь только. Больнее же будет.
Заслышав мой монолог, барыга заорал благим матом, рванувшись и пытаясь встать. И тут отвертка, запутавшаяся в рукаве толстовки, наконец-то легла в ладонь.
“Как там эта хуйня называлась? Шарящий в анатомии? Мастер анатомии? Патологоанатом? А, вспомнил. Знаток анатомии».
Секунда – и тело лежавшего на дорожке барыги засветилось точками, став похожим на анатомический атлас. Силуэты почек, печень, сонная артерия. Проглянуло сквозь ребра неистово колотящееся сердце.
- А теперь лежи смирно. Иначе будет больнее.
Два быстрых удара в область почек. Потом еще два – точно между ребрами, насквозь пробивая сердце. Тело подо мной задергалось – и резко утратило волю и силы к сопротивлению, распластавшись на аккуратно уложенной тротуарной плитке.
Быстро обшарив карманы толстовки убиенной мною жертвы, я вытащил несколько пакетиков с серым порошком, бросив их на спину трупа. Тяжело дыша встал, пряча отвертку.
"Навык владения холодным оружием улучшен. Цель ликвидирована. Вы совершили казнь, свершив правосудие на глазах обывателей. разблокирован классовый навык: “Палач”. Навык владения холодным оружием улучшен".
Народ словно испарился. Вот парк был полон подпившей молодежью – а теперь ни души вокруг. Оно и к лучшему.
- Пиздец..
Голос Гоблина за моей спиной раздался в наступившей тишине как удар колокола. Я обернулся.
Эта картина очень хорошо мне запомнилась. Ярко горящий фонарь у входа в парк, в круге света стоят несколько человек в темно - красной форме с автоматами. А рядом – две девочки. Те самые, под ноги которым упал несколько минут назад барыга. Они что-то быстро сбивчиво рассказывали полицейским, то и дело оборачиваясь, и указывая на меня.
Я застыл. Время словно замерло. Вот один из полицейских направляется ко мне, что-то на ходу говоря в рацию. Второй следует за ним.
«Это очень хуево», - отчего-то подумалось мне.
- Ноги. Во блядь попали.
Крик Гоблина вырвал меня из замешательства. Я бросился по дорожке.
