- Он обижал Пуреха и бабушку, - начал ябедничать Маркуло, - пытался воспитывать моего сына, щипал мою жену, и еще все время соревновался с Ули: кто кого переколдует, а вы пробовали жить в доме, где все время кто-то колдует?
- Пробовал, - без тени улыбки признался Шурф. - И поэтому я могу понять и отчасти разделить твое недовольство... Что еще?
- И еще Урмаго хотел перестроить старую башню, а я не хотел тратить деньги на такой вздор. Теперь он куда-то подевался, а Ули запела ту же песню: давай, мол, перестроим башню, дескать, там нечисти полно ...
- А что там за нечисть в этой вашей башне? - удивленно спросил я.
- Да так, бабушка в последнее время болтает, что там живет кто-то, - неохотно ответил Маркуло. - Но ты же видел бабушку! Она еще и не то может рассказать... А Ули за ней любую чушь рада повторять.
Он меня не убедил. Я отлично помнил, как старая ведьма предлагала отправить нас спать в башню, и с каким энтузиазмом остальные Кутыки отнеслись к этому предложению. Это могло означать только одно: все они знали, или, по крайней мере, свято верили, что там опасно находиться.
- Ладно, Маркуло. Ты можешь идти, - тоном вельможного господина заявил Шурф. - И передай своим родичам: пусть зайдут ко мне после полудня. Только не все вместе, а по одному. Я хочу поговорить с каждым, а когда вы собираетесь вместе, это становится весьма затруднительно.
- С каждым? - недоверчиво переспросил Маркуло. - Даже с бабушкой?
- Это было бы желательно, - кивнул Шурф. - Но если она не захочет - что ж, не стоит ее неволить. Понадобится - я сам к ней зайду.
- Как хочешь, - буркнул Маркуло. - Но я к ней сам стараюсь не заходить.
- И ведь не врет, - флегматично заметил Шурф, когда мы остались одни.
- Я думаю! - фыркнул я. - Могу себе представить комнатку его бабушки! На потолочных балках наверняка висят живые змеи и несвежие покойники с ближайшего кладбища...
- Вполне возможно, - пожал плечами мой друг. - Но я имел в виду другое: он вообще все время говорил правду. Вернее, не все время, а с того момента, как мы перестали обсуждать покушения на наши с тобой жизни и заговорили на другие темы. По крайней мере, теперь я уверен, что этот человек действительно не знает, куда подевался его брат. Жаль! До этого разговора я полагал, что Маркуло в курсе. А теперь придется вести дознание по всем правилам.
- А может быть, он просто очень хорошо врет? - неуверенно предположил я. - Сначала у него не получалось, но по ходу дела парень быстро освоил этот жанр...
- Нет, Макс, он нас не обманывал, - мягко возразил Шурф. - Можешь мне поверить: когда имеешь дело с потомком драххов, не надо быть ни магом, ни даже мудрецом, чтобы отличить правду от лжи. Требуется только некоторый опыт, а опыт у меня, сам понимаешь, имеется.
- Ладно, - проворчал я, - мне и самому показалось, что парень не врет. А вот что касается тебя... Ты бы хоть сейчас объяснил мне толком: зачем мы сюда приехали? За наследством? Или все-таки для того, чтобы разыскать пропавшего Урмаго?
- Я и сам задавал подобный вопрос призраку господина Кутыка, - задумчиво сообщил Шурф. - Но я не добился от него ничего определенного. Если тебя интересует мое мнение, могу сказать, что я нахожусь тут не ради розысков этого пропавшего юноши, и уж конечно не ради наследства. Скорее уж потому, что хочу понять, зачем меня посетил этот странный мертвец...
- Затем, чтобы наглядно доказать тебе, что есть жизнь после смерти! - ехидно сказал я. А потом великодушно добавил: - Ты наверное спать хочешь? Так давай, не стесняйся. А я пока подежурю. Постерегу твой покой, и свой заодно...
- Спасибо, - вежливо сказал Шурф. - Я полагаю, что мне хватит двух часов отдыха, а потом мы с тобой вплотную займемся делом.
Грешные Магистры, я был почти счастлив, услышав его многообещающее заявление! Именно это мне и требовалось: заняться делом, быстренько навести порядок в запутанных семейных делах моего друга и на всех парусах помчаться домой. Не нравилось мне в "фамильном замке Кутыков Хоттских", и чем дальше - тем больше. Вообще-то, по идее, мне должно было быть просто смешно - не более того. Но развеселиться у меня пока упорно не получалось - я и сам не мог понять, почему.
Сэр Лонли-Локли отбыл ко сну - иначе и не скажешь! Сначала он превратил мое уютное "гнездо" из одеял и подушек в аккуратный прямоугольник. Потом вытянулся там во весь рост, как часовой Королевской Гвардии, только в отличие от часового, он расположился в горизонтальной плоскости, придал своему лицу максимально серьезное выражение, закрыл глаза и уснул. А я остался сидеть у окна, созерцая пустынный просторный двор через щель между плотными занавесками.
