— Я был там пару раз по делам. Людей у Мака много, а где люди, там и языки. Что, по-вашему, самая большая ценность в Галактике?
— До сих пор я думала, что технологии.
— Информация, мэм. Инсургент — фигура видная… да и шумная, и команда у него того сорта, что он не удержит их, если не позволит отправиться кутить после удачного дела… а значит, кто-то что-то наверняка слышал. И готов продать.
— Инсургент? Что это?
— Флагманский крейсер МакДиармида. А заодно и кличка самого Мака.
Судя по лицу, у Натали наступил переизбыток информации: так рассеянно она взглянула на кружку, удивившись, откуда та взялась.
— Норм, как зовут отца Мари?
Бодигард и компаньонка переглянулись.
— Боюсь, мы не имеем права ответить на этот вопрос, — сказал мужчина. — Не поймите меня превратно, но это закрытая информация. И имейте в виду: Грайни тоже не скажет.
Предупредительно, ага. Кирилл как раз размышлял в этом направлении.
— Просто я подумала, что не следует пренебрегать его помощью. Всё, что я видела… и слышала… вероятно, этот человек способен мобилизовать какие-то силы.
— Способен, — без энтузиазма признал Норм. — Существенный минус данной схемы в том, что
— Инсургент знает, кто она, — пискнула Игрейна.
Норм кивнул.
— А второй минус в том, что, если дело дойдёт до перестрелки флотов, у детей окажется намного меньше шансов уцелеть.
— Даже так?
— Отец Мари находится в таком положении, что силовые методы для него предпочтительнее уступок. Особенно — уступок асоциальным элементам. А кроме того… впрочем, это неважно.
— Что именно неважно?
— Если Мари вернётся к отцу мимо Норма, — подало голос дитя с табуретки, — кое-кто тут лишится работы.
— С треском, — неохотно согласился Норм. — И с такими рекомендациями, что только к МакДиармиду останется пойти. Он звал. Вот только не нравится мне МакДиармид. Предлагаю принять за данность, что МакДиармиду нет резона разделять детей.
— А кроме этого в высшей степени полезного предположения у тебя ничего нет? — поддел его Кирилл.
— Я ударная сила, — вздохнул Норм. — К аналитике совершенно не способен.
Игрейна зевнула, деликатно прячась за кончики пальцев. Натали, даром что не узнавала собственную кружку, спохватилась мгновенно:
— Тебе пора в постель. Давай-ка, пошли. Я сейчас, господа… МакДиармид не заставит нас дурно обращаться с детьми.
Девочка послушно поднялась. Лицо её при этом выражало снисходительный протест.
— Вы не должны принимать меня за маленькую девочку, мэм. Я совершено по-другому воспринимаю… всё.
— Я заметила, Грайни. Не знаю, хорошо это или плохо, но я-то банальная мать, уверенная в своей правоте и не привыкшая спорить. Ты мужественнее многих мужчин, однако сделана не из железа.
— Вот это едва ли, — согласилась Игрейна.
— Твоя биология хочет спать, — усмехнулся Норм. — Не спорь. Мадам — боевой офицер.
— Слушаюсь, — вздохнула Грайни и позволила себя увести.
— Аминазин на судне есть? — быстро и как-то сквозь зубы спросил Норм.
— Зачем это?
— Не валяйте дурака. Он по стандарту должен быть в составе корабельной аптечки. Насколько я понял насчёт вас, вы же… не можете себе позволить неряшливость в отношении правил эксплуатации транспорта? Лишний повод придраться для портовых и таможенных служб. Правильно? Так что давайте сюда.
— Н-ну…
Аптечку Кирилл держал прямо на холодильнике. Норм вытряс из тубы две пластиковые ампулы Морфеус-Форте, зубами скусил колпачки и выжал обе в чашку с зелёным чаем, сиротливо стоящую посреди стола. После, решившись, добавил к ним ещё одну. И вовремя, потому что Натали вернулась.
«Гайки такими пальцами доворачивать», — передёрнулся Кирилл.
— Ваш чай, — кивнул бодигард. — И не пора ли и нам последовать примеру Грайни? До Фомора далеко.
— Я всё равно не усну.
Она машинально отхлебнула. Вся в себе, иначе, наверное, заметила бы, как напряжённо наблюдал за ней Кирилл. Села на табурет, плечи её бессильно опустились. Не прошло и пары минут, как она уже спала, щекой на локте, разбросав волосы по голубому пластику стола.
— И что всё это, к фоморам, значит?
— Она не умеет расслабляться, — пояснил Норм. — А сил-то уже нет. Гонит себя, гонит и гонит. Самый дурной и неподходящий тип для продолжительной экстремальной ситуации. Свалится, и что мы делать будем? Ребятишек-то найдём ещё не завтра.
— А что, ты хорошо её знаешь?
— Достаточно. Семь суток провели в соседних креслах. Там, на «Белакве», в общем, больше и смотреть-то было некуда.
Кирилл сдержанно зарычал, однако Норм, вздымая на руки беспомощную жертву интриги, не обратил на него ни малейшего внимания. Что за идиотскую видеодраму тут показывают? А что сделаешь, если этот вот… с дурными намерениями? Если пальцы у него — клещи, то кулак — гидравлический молот, не меньше. О божички, эпоха гиперпрыжков на дворе! Из чистой вредности и верности жанру капитан проконвоировал переноску до дверей каюты, убедившись, что леди свалена на койку без ущерба для чести и оной чести более ничто не угрожает. Игрейна в клетчатой пижаме, вскочив с койки босиком, закрыла дверь изнутри. Следует иметь её в виду. Они в сговоре.
