Они шли по кратчайшему пути к гряде пологих холмов, которые на самом деле были не чем иным, как отвалами выработки. Извивающаяся гряда походила на спину снежного дракона, лощины и распадки в ней полнились глубокой синевой, и Кирилл внезапно пожелал, чтобы усталый взгляд Натали остановился на самом гребне, окрашенном пламенем под лучами заходящего солнца. Холмы прикрыли идущих от ветра и позволили выпрямить спины, зато снег стал глубже. Спасибо, хоть сила тяжести тут раза в два меньше нормы. Зато уж и воздух высокогорный, разрежённый и такой холодный, что вдыхать его можно только через подшлемник, обвязанный шарфом. И то Кирилл избежал бы этой радости, если б мог.
Норм торил тропу по целине, но даже ступать в его следы было вовсе не лёгким делом. Приходилось смотреть вперёд и вниз не более, чем на три шага. От этого кружится голова, в точности как если бы ты стоял по колено в воде и смотрел на быструю воду.
— Эй! — крикнул Император. — Подожди! Есть сигнал, сейчас конкретно пойдём!
Пальцы гнулись чертовски плохо, и пока он выковыривал из-за пазухи электронный «поводок», всё время боялся, что выронит его в снег. Оранжевая лампочка изредка мигала: слабенький сигнал есть. Одна хорошая новость: тащиться обратно в темноте по заснеженной равнине, ничего не найдя, было бы совсем не весело.
— Что мы ищем? — спросил Норм. Он шёл впереди вдоль отвесной стены, цепляясь плечом за острые камни.
— Вход, — лаконично ответил Кирилл.
«Поводок» в его ладони начал вибрировать. И вовремя. Холод уже приливал к сердцу, слюна замерзала во рту.
— А обратно как?
— Там снегоходы есть. Так… — Вибрация «поводка» стала ослабевать. — Проскочили. Давай назад. А вот здесь пороемся.
Сигнал слабенький, не знаешь, что ищешь, — поверху пройдёшь. Норм ринулся разгребать снег с таким энтузиазмом, что стало ясно: ходьба его уже не согревала. Кирилл пристроился рядом, и вдвоём, зачерпывая снег руками, они довольно быстро расчистили небольшую и подозрительно ровную часть скалы. Кирилл стукнул по ней кулаком, и та отозвалась глубоким металлическим гулом. Кристаллы инея стали, кажется, частью структуры поверхности: плоть металлопласта покрылась сверкающей шкурой. На шарфах, прикрывающих лица мужчин, выросли роскошные инеевые бороды, Кирилл от работы взмок и чувствовал себя так, словно его затушили в собственном соку. Вместе с тем руки и ноги у него совершенно одеревенели.
— Оно?
— Оно, брат. Давай ещё немного, тут должен быть кодовый замок…
— И?..
— Я знаю код, — объяснил Кирилл с терпением нянечки.
— А… Неплохая… как это?.. лёжка?
Норм, когда исчезла необходимость изображать человека, стал говорить мало и почти никогда — по существу дела. Это выглядело вызывающе: мол, что вы хотите от боевого робота? Стратегии разрабатывайте сами, его дело двери вышибать. А может, дело тут было в Игрейне… Такой Норм, знающий своё место, Кирилла вполне устраивал.
— Ага, вот она.
Кодовый замок оказался архаичной на вид коробочкой с кнопками, весь — величиной с ладонь и испускал тот самый слабенький сигнал, на который отзывался «поводок». Не знать, так камень камнем, обросший ледяными кристаллами. Причём каждую кнопку пришлось нажимать с силой, предварительно сбрызнув аэрозолем: согревает, оттаивает и смазывает. Обожаю армейские разработки!
Дверь поднялась, уходя в толщу скалы, словно Сив хотела их съесть. Сравнительно низкая, но широкая и совершенно тёмная щель. Используя многофункциональный «поводок» как фонарик, Кирилл отыскал па стене рубильник и включил свет. Цепочка огней полого уходила вниз, а стены сплюснутого тоннеля покрывала всё та же изморозная шкура, по окоёму входа нависавшая роскошными фестонами. Очень давно никто здесь не выходил. И не выезжал.
Норм похлопал ладонью о ладонь: ага, и тебя достало! Видно, его биология тоже мёрзнет. Хотя, насколько я знаю, диапазон допустимых температур у «оловянных солдатиков» не в пример шире нашего.
— Ну ладно, давай вниз.
— Что это за место?
— Ну… сначала это была горная выработка. А теперь — симпатичное место, чтобы играть в прятки.
— Ну, в прятки-то тут можно на флайерах играть, — задумчиво сообщил робот, меряя взглядом высоту пещеры, куда неспешно влился коридор.
— Топкая мысль. Надо будет попробовать.
Рубильник, опущенный у входа, кроме света включил и обогрев. Тёплый воздух откуда-то снизу пошёл в коридор сквозь вентиляционные ходы. Прикосновение его к лицу было как мысль о том, что тебя кто-то, возможно, любит. Земля под ногами понижалась очень плавно, и Норм обратил на это внимание.
— Здесь ещё использовали рельсовые вагонетки и колёсные кары, поэтому проходимость была весьма важна. А сейчас выпотрошили матушку Сив подчистую, только скорлупа осталась. Там ниже есть жилые блоки. Тепло, светло, даже более или менее просторно. Может быть, мы даже ещё что-то сумеем сделать, а?
— А у вас тут найдётся подпольная лаборатория, оснащённая, как надо, и с гением генетики в вакуумной упаковке? Если бы можно было что-то сделать, я бы уже сделал. Ничто бы меня не остановило. Там надо… не кулаком.
