«Прекрасно! – подумала Ольга. – Значит, пока он «стоит на нашей квартире», о новых командировочных можно не беспокоиться. Но откуда он взял такое старорежимное выражение, смешно!»
– Ну так я пойду, товарищ капитан госбезопасности? – спросил несколько успокоившийся участковый и глянул в боковое окошко: – О, за вами уже машина пришла!
– Да, спасибо, – кивнул тот и снова улыбнулся Ольге: – Вот видите, уже и машина… Времени, как всегда, в обрез. Позвольте представиться. Меня зовут Дмитрий Александрович Егоров, а вас?
– Ольга Даниловна Васильева, – протянула она руку.
Тут послышался звук открываемой двери, и в комнату вбежала Женя, а за ней появились Саша с Тамарой.
– А ты почему Лялю за ручку держишь? – спросила Женя возмущенно.
Ольга со смехом выдернула руку:
– Это наш новый жилец, мы знакомимся. Дмитрий Александрович, это моя дочь Женя, а это…
– Дмитрий Александрович Егоров, – нараспев проговорила Женя, обернувшись к Саше, и тот повторил, как зачарованный:
– Дмитрий Александрович Егоров!
«Что творится в головах у этих детей, хотела бы я знать?» – подумала Ольга, несколько смущенная, и оглянулась на Егорова.
Однако тот вряд ли слышал, что говорили дети: стоял с ошеломленным выражением, уставившись на Тамару.
А она, разрумянившаяся – наверное, бежала с детьми бегом, спеша к обеду, – с блестящими черными глазами, полуоткрытыми яркими губами, была просто ослепительна!
«Еще один», – сочувственно подумала Ольга, взглянув на гостя, и решилась, наконец, прервать слишком уж явное его оцепенение:
– Это Тамара Константиновна Морозова, моя подруга. Она здесь живет со своим сыном Сашей. Так что мы будем все вместе довольно часто видеться. Кстати, Дмитрий Александрович, может быть, вы с нами успеете пообедать? Слышите, как восхитительно пахнет гороховым супом?
– Я… да, – пробормотал Егоров нетвердо, словно внезапно разбуженный человек. – Супом, да… Но только у меня совсем нет времени. Я должен уезжать… машина уже пришла. Я даже в свою комнату зайти не успеваю. Если не затруднит, поставьте там мой чемодан, а все вещи в дорогу у меня с собой. Только… вот…
Он вдруг припал на одно колено и принялся торопливо распутывать завязки вещмешка.
– У меня тут всего слишком много…
Егоров при этом то и дело взглядывал снизу вверх на Тамару, так что казалось, будто он преклонил колено перед ней, а не для того, чтобы удобней было возиться с мешком. Вообще-то, наверное, это соответствовало действительности…
Наконец Егоров растянул горловину мешка и принялся выставлять прямо на пол банки и выкладывать свертки. Отдельно легли две пачки печенья.
– Ой! – радостно пискнула Женя, которая была ужасная сладкоежка, и даже в ладоши захлопала.
– Спасибо вам большое, конечно, – воскликнула наконец ошеломленная Ольга, – но вы себе ничего не оставили!
Тамара молчала.
– Да ну, ерунда, – засмеялся Егоров, продолжая выкладывать продукты.
С улицы донесся новый нетерпеливый сигнал, и Егоров наконец-то поднялся, завязывая свой изрядно похудевший мешок:
– Ну, мне пора. До свидания.
Он подал руку Ольге, потом, после секундной, но явственной заминки, решился протянуть ее Тамаре.
– Правильно, теперь Тамаму за пальчики подержи, – весело сказал Саша.
Егоров, внезапно вспыхнувший до ушей, вылетел вон.
– Дети! – с трудом сдерживая смех, воскликнула Ольга. – Вы что себе позволяете?!
– А что? – удивилась Женя, садясь на корточки и восхищенно разглядывая пачки с печеньем «Авиатор».
– Да то, что человек весь паек нам отдал! А вы ему даже спасибо не сказали.
– Спасибо, – пробормотала Женя, осторожно касаясь пальцем хорошенького красненького самолетика, нарисованного на обертке печенья.
– Немножко поздно, по-моему, – укоризненно качнула головой Ольга. – А ведь он с голоду умрет в своей командировке от такой щедрости!
– Не умрет, – покачал головой Саша. – Раненых в больницах ведь кормят, да? Тамама, а Арзамас – большой город?
Ольга и Тамара замерли, недоумевающе, почти испуганно уставившись друг на друга, потом вдруг разом провели перед глазами ладонями, словно смахивая паутину, приставшую к лицам.
– По-моему, пора обедать, – растерянно сказала Тамара.
– Симочка, – крикнула Ольга, – у нас там суп не остыл?
С лестницы поспешно спустилась, почти скатилась Симочка и опрометью понеслась в кухню, всплескивая руками и причитая:
– Ой, а я там что-то задумалась, даже забыла про обед!
– Ляля, а зачем ты тепленький жилетик нашего Вася отдала Симочке? – вдруг спросила Женя, глядя ей вслед. – Вась придет домой, что будет носить? Он тебя заругает!
– Ты про что? – удивилась Ольга.
– Про жилетик нашего Вася, – повторила Женя, не сводя глаз с домработницы. – Он у Симочки под платьицем.
Та замерла на пороге кухни, оглянулась. Лицо ее было искажено слезливой гримасой.
– Что ж ты говоришь, Женечка, – пробормотала Симочка. – Что ты говоришь такое?! Да чтобы я украла у вас что-то?! Как только не стыдно!
– Как только не стыдно, – повторила, укоризненно сведя бровки, Женя, и глаза ее наполнились слезами: – Отдай Васин жилетик!
Домработница сорвала с себя передник и, скомкав, швырнула на пол:
