В следующие несколько секунд он с неподдельным удивлением доверился действиям Гудона, начавшего приводить в исполнение свой план.
Баржа двигалась теперь прямо по нависшим над водой ветвям ближнего дерева. Концы ветвей скрывались под водой, и движение баржи немного замедлилось. Затем ветви хлестнули по борту, полилась вода, и Линан увидел на каждой из них длинных рыб с белыми отростками вдоль всего тела, которые, казалось, шевелились, подобно усам. Многие из этих невиданных тварей в мгновение ока нависли над баржей, после Чего послышался шумный плеск воды возле противоположного борта. Прадо и Бейзик с изумлением смотрели на них. Линан успел увидеть, как некоторые из тварей обратились в черную массу и скрылись под водой.
Он быстро обернулся и спросил Гудона:
— А они не?..
— Да! Это — людоеды! — не дав принцу договорить, выкрикнул Гудон.
Кровь застыла в жилах Линана. Он понимал, что надо было бы найти укрытие, однако страх парализовал его. Гудон с силой толкнул его в спину, и он упал на доски палубы, а шкипер накрыл его своим телом. До его слуха донеслись звуки, напоминавшие треск разрывавшейся парусины, сменившиеся мягкими шлепками, означавшими, как он понял, падение чудовищных тварей на палубу, на тюки с товарами, на спины коней. Вслед за этим раздались громкие крики с той стороны, где стояли привязанные кони, и Линан подумал, что это кричал Бейзик.
— Пора! — выкрикнул у него над ухом Гудон, вскочил на ноги и потащил Линана за собой к борту. Принц успел мельком увидеть длинные узкие очертания извивавшихся повсюду тварей с широкими темно-красными плавниками. По большей части они плясали по палубе, однако многие уже набросились на теплую плоть и теперь широко разевали свои маленькие пасти, полные острых, точно гвозди, зубов, раздирая ее. Прадо выплясывал какую-то ужасную джигу, пытаясь стряхнуть со своей правой руки вцепившуюся в нее тварь, Бейзик распростерся на палубе в луже собственной крови, осажденный четырьмя или пятью чудовищами, одно из которых впилось в его глазницу. Кони неистово брыкались и становились на дыбы в тщетных попытках освободиться от привязи.
— Прыгай! — приказал Гудон и наполовину поднял Линана над планширом. Принц перевалился через борт и упал вниз. Холодная темная вода ударила его в грудь и в лицо. Он начал отчаянно барахтаться, вынырнул на поверхность и набрал полные легкие воздуха. Сверху на него смотрел Гудон.
— Плыви к берегу! — прокричал четт. — Плыви так быстро, как только можешь! Выбирайся из воды!
С этими словами Гудон исчез.
Что-то вцепилось в волосы Линана. Он закричал, шлепнул руками по воде, наглотавшись воды, развернулся, увидел берег и поплыл к нему. Острые зубы прокусили его сапог и впились в кожу. Он яростно затряс ногой и сбился с ритма. Тотчас же зубы вонзились в его колено, и он почувствовал себя так, будто его ударили вилкой. На этот раз Линан, стиснув зубы, удержался от крика и снова поплыл к берегу. Последовал такой же удар по руке, возле запястья, в паху. Одна из отвратительных тварей пыталась разжать его зубы и пробраться в рот. Линану стало ясно, что он не сможет больше этого выдержать. Его рука коснулась чего-то впереди, и он машинально отдернул ее, однако вслед за этим другая рука тоже коснулась чего-то мягкого, податливого, и он понял, что это был прибрежный ил. Тогда он опустил ноги и, сделав три сильных гребка, выбрался на берег.
Плотоядная тварь коснулась его щеки плавником и шлепнулась на траву в трех шагах впереди, изогнувшись для броска. Второе подобное существо тем временем вцепилось в его спину. Юноша бросился вперед, в панике размахивая руками возле головы, поскользнулся, вскочил и снова поскользнулся. Но на этот раз силы ему изменили, и он не мог больше пошевелиться. Он свернулся клубком в ожидании следующего нападения, однако прошло несколько секунд, а никто словно и не собирался нападать на него. Тогда Линан медленно огляделся. Река блестела на расстоянии шагов двадцати, и твари не могли преодолеть их посуху. Добрый десяток их извивался между водой и принцем, их белые зубы влажно блестели в свете лучей восходившего солнца.
Помимо воли Линана затрясло, как в лихорадке. Он попытался подняться на ноги, однако они его не держали. Еле-еле ему удалось сесть на траву, и тотчас же он вспомнил о Гудоне и взглянул на баржу. Коням удалось невероятным образом освободиться от привязи, и они метались по палубе. Казалось, что их тела были покрыты сотнями черных полос. Кровь струилась по их головам и заливала тела. Вот один конь упал, следом за ним упал и второй. Линан услышал отчаянное ржание умиравших животных. Ни Гудона, ни Прадо с его сообщниками не было видно. Спустя мгновение баржа перестала раскачиваться, и над рекой повисла ужасающая тишина.
«Два коня? — внезапно подумал Линан. — Но ведь их было три…»
Наконец он смог подняться на ноги, вытер лицо ладонью и увидел на ней кровь. Его ладонь пересекал глубокий безобразный порез, однако вместо боли он чувствовал лишь странное онемение. Тогда он осмотрел свои ноги и заметил кровь еще в четырех местах.
