Наследство последнего императора полностью

– Так это ж… наверное ж таки… недоразумели или недопоняли.

– Романов нужен нам здесь! – жестко заявил Ленин, коротко махнув рукой, словно отрубил. – И как можно скорее! Я скажу вам, Яков Михайлович, то, чего не сказал бы и Плеханову или самому Марксу: у нас с вами и с нашими коллегами по Кремлевскому сидению осталось оченьмаловремени! Гораздо меньше, чем у Гришки Отрепьева в том октябре, когда он здесь сидел с поляками. Когда они выкапывали мертвецов из свежих могил и жрали трупы, даже не удосужившись их поджарить.

– Фуй, какая гадость! – воскликнул Свердлов.

– Поляки с вами тогда не согласились бы, – проворчал Ленин. – Так вот, не считайте меня паникером, но я носом, нюхом своим чувствую запах мертвечины. С каждым днем все сильнее. И царь нам нужен, как джокер карточному игроку, у которого на руках каре валетов, но у его противника – четыре дамы.

Свердлов развел руками.

– Конечно, германская сторона…

– Германская сторона здесь не при чем! – отрезал Ленин. – В настоящий момент, в настоящую секунду, не при чем… – поправился он. – Николай должен быть здесь по нескольким причинам – и все они, смею утверждать, дорогой товарищ Свердлов, имеют архиважное политическое значение для всех нас, – взявших власть, а теперь не знающих, как ее удержать!

– Вы хотите сказать, Владимир Ильич… – обиделся Свердлов. – Вы хотите сказать…

– Я уже сказал, что хотел, – перебил его Ленин, потер виски и добавил примирительным тоном. – Уладьте, пожалуйста, Яков Михайлович, вы это умеете…

И он повернулся, собираясь идти.

– Товарищ Ленин! – остановил его Свердлов. – Я готов уладить, и я немедленно все улажу, но тут все немножко не так просто!

Ленин остановился и обернулся к нему.

– Почему же?

– Так местные амбиции тоже надо уметь учитывать! – сказал Свердлов. – Это очень и очень непросто.

– Так учитывайте! Вам что-нибудь мешает? Учитывайте! Но Романов должен быть здесь как можно скорее! Он нужен здесь сейчас! От этого, может быть, зависят не только наши с вами ничтожные жизни, но и будущее России – быть ей сильной и просвещенной страной свободного труда или новые поляки ее растащат на клочки. Прошу вас: вразумите своих земляков! И поскорее.

– Ой, Владимир Ильич! Я же знаю этих товарищей! – всплеснул руками Свердлов. – Они если обидятся – ой!.. Долго потом их надо уговаривать, и убеждать, и доказывать.

Ленин вернулся к телеграфисту.

– Так-с… – задумался он и сказал: – Прошу, передавайте: «Товарищи, у аппарата Ленин. Мы расцениваем все происшедшее исключительно как досадное недоразумение. Повторяю: некоторые ваши коллеги дали повод Яковлеву их неправильно понять и расценить их намерения как стремление не позволить ему доставить Николая Романова в Москву и даже как стремление уничтожить его. Именно этим и только этим объясняется тот факт, что комиссар Яковлев изменил маршрут. Все свои действия комиссар Яковлев согласует с центром. Поэтому никакой самодеятельности с его стороны здесь нет. Я бы посоветовал слишком ретивым коммунистам больше думать о местных вопросах и проблемах местной политики, а дело с Романовым предоставить решать Центру. Прошу ответить, как меня поняли? Ленин»

Ответ пришел быстро.

«Товарищ Ленин, товарищ Свердлов. У аппарата председатель исполкома Белобородов, а также товарищи Сафаров и Голощекин. Уверяем вас, что никаких поводов Яковлеву думать так, как вы сказали, никто не давал. Если Яковлев такое утверждает – это значит, что он вас вводит в заблуждение. В его изменнических намерениях мы убедились с самого его приезда. И только ждали, как он себя будет вести дальше. Он сам дал нам все доказательства своей измены».

Ленин прочел ответ.

– Это какое-то коллективное сумасшествие! – раздраженно бросил он. – Что с ними теперь делать?