Аурелия Мильефорц, студентка королевской академии магии, внезапно попадает в прошлое, в тело крайне амбициозной и предприимчивой девушки. Теперь ей нужно разобраться с доставшимися «по наследству» родственными проблемами, выпутаться из любовного треугольника и даже изменить судьбу семьи великих артефакторов. Их род не может прерваться, а секреты мастерства должны стать достоянием будущего!
ГЛАВА 1
Когда ни с того ни с сего вместо стерильной лаборатории оказываешься в пыльном, паутинном, заваленном сухой травой и рваными вонючими тряпками сарае, это само по себе отвратительно. А если какой-то отморозок тут же хватает тебя, выкручивает руки и валит лицом в эти самые тряпки?! Да чтоб его самого этими тряпками вдоль хребта и поперек морды!
— Отпусти, ублюдок! — Аурелия хотела, конечно же, заорать от души, но получился только жалкий хрип. У-у, мерзкие тряпки! — Отпусти меня немедленно. Дебил, отребье недоношенное! Ты хоть понимаешь, что мой отец…
«Мой отец этого так не оставит», — собиралась она сказать. В самом деле, похищение единственной дочери самого Гарсиано Мильефорца — это вам не тачку ржавую из-под притона угнать, такое покушение на устои будут расследовать всеми силами полиции королевства! И никто из причастных не уйдет.
Но когда на ее голову пoлилась настойка святого Таргуша — ее Аурелия легко опознала по характерному запаху, — версия с похищением дала трещину. Похищенную девицу могут изнасиловать, могут ширануть дурью, продать, избить. Могут вежливо отвезти в какую-нибудь нору и запереть там, если надеются взять за нее выкуп — в случае с Аурелией Мильефорц были все шансы именно на такое развитие событий. Но никто, никакой кретин, дебил или отморозок не станет поливать ее настойкой для изгнания бесов!
Может, он фляжки перепутал? Идиот же.
Если сейчас забормочет «Изыди», значит, не перепутал.
— Изыди в бездну, откуда взялся, отпусти деву, какую занял…
— Да прекрати же, дурак! — взвыла Аурелия. — Дебила кусок, я похожа на одержимую?! Ты хоть знаешь, что от настойки Таргуша волосы намертво слипаются, никакой шампунь не возьмет?! И на лице пятна остаются?!
Слава Создателю, он услышал и понял! Настойка литься перестала, а саму Аурелию резко перевернуло на спину. Перед глазами мелькнул ворох травы, дощатая стена, сквозь щели в которой прoбивался тусклый свет, окно под самoй крышей, из него свет лился уже широким потоком, и наконец чья-то лохматая голова, на фoне света выглядевшая темным силуэтом. С одной стороны, не очень-то и хотелось наблюдать наверняка кретинское выражение дебильного лица. С другой — в такой до ужаса непонятной ситуации все-таки лучше видеть, с кем имеешь дело. Безопаснее.
— Волосы? — переспросил он. Точно, дебил.
— Вот эти, — отплевавшись от травы, непонятно как набившейся в рот, Аурелия подергала себя за прядь, благо руки он все-таки выпустил из хватки. Плечи болели, да и синяки наверняка останутся. Ничего, папа с него спросит за каждый ее синяк и за каждую из этих мерзких травинок, от которых она ощущает себя какой-то коровой или лошадью. И вдруг замерла. Вместо роскошных белокурых локонов в пальцах отчего-то оказались темные прямые прядки, не совсем уж черные, конечно, но каштановые! Убожество какое! — Что это? — спросила, окончательно охрипнув от ужаса. — Что ты со мной сделал, уродище безмозглое?!
Похититель молчал, только ощущение чужого тяжелого взгляда становилось все явственней. Ну что ж, придется объяснить, что Аурелию Мильефорц не напугать всего-то слишком пристальным взглядом! К таким психическом фокусам она давно приучена. Прослушала целый курс лекций о способах борьбы с ментальным воздействием у самого магнуса Игнациуса Штейма. И, между прочим, была лучшей на практических занятиях. А это ментальное воздействие, не какие-то примитивные гляделки в сарае!
— Внезапно говорить разучился, или мой простой вопрос оказался слишком сложен для твоих куцых мозгов? Ты — что — со мной — сделал?
И тут до ее собственных, ни разу, кстати, не куцых мозгов добралась картинка, которую глаза упортно транслировали уже как минимум с полминуты. Рука, которая держала эти уродские каштановые прядки! Смуглая, как будто никогда не знала крема от загара. С короткими ногтями. И кольцо, где фамильное кольцо?! Бабушкино, из белого золота с сапфиром под цвет ее глаз?! Но как? Ни один артефакт в мире не смог бы сделать из одного человека — другого. Чарами отвода глаз, маскировки или смены обличья здесь и не пахло! Уж их-то она в состоянии опознать без всяких амулетов, это ведь тоже ментальное воздействие! И что самое важное — могла сброcить! А сейчас не получается. Зелий она не пила, распыленные в воздухе такого эффекта не дадут, концентрация не та, значит, артефактное воздействие! Но какое? У этoго лохматого тормоза — принципиально новый, неизвестный науке артефакт?!
Пройти мимo такого шанса — да она тогда потеряет право называть себя наследницей Мильефорц, во-первых, и экспертом-артефактором, во-втoрых! Нет, тоже во-первых.
