Коробка была отсыревшей, заплесневелой. Едва Коннор потянул за крышку, боковые стенки просели, и все содержимое посыпалось на пол.
– Прелестно, – сказал он, упираясь руками в бока.
Я быстро кинулась вперед, протиснувшись в узкую щель между кучами барахла, и опустилась на колени у ног Коннора. И, не теряя времени, начала просматривать содержимое коробки, потому что, если личные письма моей матери существуют, именно я хочу оказаться той, кто их найдет.
Коннор возвышался надо мной. Я ощущала у себя на затылке жар его злобного взгляда, но, решив игнорировать его, поднимала конверт за конвертом и проверяла обратные адреса. Ничего знакомого.
Наконец Коннор тоже опустился на колени и схватил пачку конвертов, которые я еще не успела просмотреть.
Мария подошла к нам.
– Вы только посмотрели бы на себя, как вы роетесь тут в грязи в поисках семейных сокровищ. Твой отец, Коннор, не был дураком. И не стал бы оставлять что-то настолько важное здесь, чтобы оно сгнило.
– Хочу возразить, – заметил Коннор, – что оказался же он настолько дураком, чтобы позволить женщине из Таллахасси, Флорида, обманом заставить его переписать все свое состояние.
– Я его не обманывала, – возразила я.
– Я имел в виду твою мать, – горько ответил Коннор.
Ничего не ответив, я продолжила перебирать бумаги.
Коннор приподнялся, уселся на корточки и положил руки на колени.
– Ты правда не имеешь понятия, что между ними произошло?
– Нет.
– Ну а я кое-что выяснил, – сказал Коннор.
Я взглянула ему прямо в глаза.
– Да?
– Ага. Я тут сегодня немного покопался, и обнаружил, что твоя мать работала на винодельне целое лето. В 1986 году она была здесь экскурсоводом.
Я знала, что мама с папой провели лето в Тоскане, собирая материал для его первой книги, но я не знала, что она работала прямо на Антона. Я тоже поднялась.
– Правда?
Он издевательски посмотрел на меня.
– Твоя мать, похоже, была истинной леди с Юга, раз начала спать со своим боссом.
Его сарказм действовал мне на нервы, и я снова начала перебирать кучи бумаг на полу.
– Пожалуйста, не оскорбляй мою мать. Она была хорошей женщиной.
– О, я в этом уверен, – ответил он, вставая и оглядывая кучи вокруг. – Мария, мне нужно выпить. Ты не принесешь мне мартини с водкой? «Грей Гуз», если у вас она есть. Двойную. – Он громко выдохнул. – Мне необходимо успокоительное.
Мария взглянула на меня, извиняясь.
– Вы что-нибудь хотите?
– Нет, спасибо.
Направляясь к двери, она обошла ящик, полный пустых бутылок.
– И принеси его в правильном бокале для мартини! – крикнул Коннор ей вслед. – И три оливки! – Он плюхнулся рядом со мной, и его рот искривился в похабной усмешке. – Я истинный сын своего отца, потому что люблю свой мартини так же, как своих женщин. Грязным.
Я понимала, что он просто хочет вывести меня из себя, но совершенно не собиралась заглатывать эту наживку.
– Вам это не нравится? Я просто шучу.
– А меня это не забавляет. – Я поднялась и пошла к шкафу, чтобы взять там очередную коробку.
– Ну и пожалуйста. – Повернувшись, он начал рыться в пыльной стопке журналов.
Мы работали молча до тех пор, пока Мария не принесла напитки на небольшом подносе. Она осторожно, стараясь удержать равновесие, подошла к Коннору с его мартини.
– Спасибо, Мария, – сказал он. – Ты просто душечка. – Он взял бокал, понюхал и отхлебнул.
Идя к выходу, Мария прошла мимо меня.
– В восемь часов, – прошептала она, – приходите вниз.
Я кивнула.
Коннор присел на старую кушетку, измазанную высохшей краской разных цветов, и отпил из бокала.
– Она что, пригласила тебя на ужин?
– Да.
Он вздохнул.
– Я стараюсь не обижаться, что она не позвала нас со Слоан, особенно с учетом того, как она нянчилась с нами в детстве, но, полагаю, она всегда будет на стороне того, кто платит ей зарплату, кем бы он ни был.
Я решила не реагировать.
– Но ты не беспокойся о нас, – добавил он, помешивая свой мартини зубочисткой с оливками. – У нас со Слоан заказан ужин в городе. Не пойми меня неправильно. Здесь отлично кормят. Эта дама на кухне настоящий чемпион по оладьям.
– Ее зовут миссис Делуччи, – сообщила я ему.
– Делуччи. Буду знать. Очень важная информация, – откинувшись на спинку, Коннор наблюдал, как я передвигаю на полке шкафа тяжелую коробку.
Ничего не сказав, я вскрыла очередной ящик.
– Я читаю твои мысли… – заметил Коннор. – Я слышу их.
– Я этого не говорила.
– Нет, но ты так думаешь, и тебя трудно винить. Я уж точно бы так думал.
– Не сомневаюсь, – ответила я. – Но у нас с тобой нет ничего общего.
Он хихикнул.
– Ну, сегодня, может, и нет, потому что все это должно казаться тебе совершенно нереальным – огромная вилла в Италии, винный бизнес, кучи денег в банке. Но потом ты начнешь их тратить. Можешь мне поверить, это понравится тебе гораздо больше, чем ты можешь себе представить, и ты пойдешь на все, чтобы удержать их.
– То есть это именно то, что здесь происходит? – спросила я. – Ты пойдешь на все, что будет необходимо? Мне уже беспокоиться?
