Контора доставки располагалась относительно недалеко. Следователи решили, что заедут туда в первую очередь. Сама компания представляла собой массивное складское помещение, по которому сновали грузовые электрокары. Машины покрупнее стояли у ворот здания. Вениамин не стал долго задерживаться у входа и сразу узнал, где можно найти директора. Небольшой кабинет, в котором был стол, тумба и шкаф и несколько деревянных стульев. Из предметов культуры (если так выразиться) можно было увидеть прошлогодний календарь с полуобнаженной девицей.
– Здравствуйте! Мы из полиции. Меня зовут капитан Хлебников, а это моя напарница – лейтенант Хорниева. Мы хотим узнать все, что у вас осталось по доставке на двенадцатое число этого месяца. Конкретнее, ящик с рамками на адрес галереи Первороднова.
– Кхм. Офицеры. Приветствую! Все, что касается совершенных доставок в архиве. Любезно предоставлю вам возможность в него заглянуть. А что, собственно, произошло?
Это был типичный директор любого коммерческого заведения. Маленького роста, расплывшийся лишним весом, с прилизанной короткой стрижкой, улыбающимися толстыми губами и тихой ненавистью в глазах.
Именно по его внешности можно было понять, что этот человек безумно любил деньги и себя. А по его рабочему месту легко было предположить, что расточительством он не страдал. Более того, общая картина давала понять главную черту – скупость. Как в материальном плане, так и в культурном. А, возможно, и в интеллектуальном.
– У вас на двери таблички нет, кстати. – Вениамин указал на выход.
Директор не сразу смекнул, но до него всё же дошло.
– А, я думал, вы знаете. Андрей Данильченко, директор. Проходите, присаживайтесь.
Хорниева ответила на предложение присесть, а Вениамин продолжал стоять. Фамилия директора была очень знакомой.
– У вас случайно родного брата нет?
– Есть. – Андрей прищурился в ответ.
– А отца вашего не Наум зовут?
– Наум. А брата Ярослав.
– Занимается строительством.
– Точно. На Победной уже пятый год строят. Я ему говорил, не лезть в это. А он не послушал. Ну и ладно. Дело его, впрочем. А почему вы так интересуетесь?
– Да нет, неважно. Мы здесь только затем, чтобы посмотреть документы по доставке и опросить несколько сотрудников.
– Хорошо. Я, правда, немного занят. – директор достал кнопочный телефон из кармана и сделал вызов по последнему звонку. – Коля! Зайди ко мне. Тут полиция пришла, хотят посмотреть архив. Сопроводи их, пожалуйста. Хорошо? Да в смысле «чай допьешь»?! Давай сюда бегом!
Убрав телефон, директор кивнул Вениамину.
– Мой заместитель. Сейчас он вам покажет куда идти.
Спустя несколько минут в кабинет зашел тощий мужчина в неопрятном пиджаке и белой каске.
– Здрасте. – буркнул он, покосившись на следователей.
– Коля, не задерживай полицию. – попросил директор, недвусмысленно намекая на то, что хочет снова остаться в своем кабинете один.
– Хорошо-хорошо. Идемте, господа. – Николай вяло побрел в сторону коридора, шаркая по полу большими ботинками.
Оказавшись в архиве, Вениамин быстро нашел документы по двенадцатому числу касательно доставки в галерею.
– Это надолго? – спросил Коля.
– Вы можете пока пойти покурить. – предложил Вениамин.
– Я не курю.
– По вам не скажешь.
– Чего?
– Да я образно. Чай можете попить, я не знаю, кофе.
Николай хмыкнул и махнул рукой, отправившись восвояси.
– Откуда вы узнали насчет родни Данильченко? – Хорниева подошла поближе к Вениамину, проявляя свое желание посмотреть на документы.
– Его брат – начальник нашего разведенного свингера.
– Мир тесен.
– Ага. Что думаете насчет директора?
– Он говорил с нами так, словно был уверен в том, что все контролирует. Скорее всего, он не знает о том, что в его компании произошла большая ошибка.
– Как вы интересно назвали умышленное убийство. – Вениамин ухмыльнулся. – «Ошибка».
– Ну, или он так самоуверен, потому что успел замести все следы.
– Нет, Хорниева. Ваш первый вариант правильный. Подключать целую компанию по доставке, чтобы устроить такое пакостное убийство… Нет. Он точно не знает, что посылку с рамками заменили. Убийца – кто-то из тех, кто занимался доставкой непосредственно.
– Вы так в этом уверены? А что если это был общий заговор?
– Я вас умоляю. Вы директора-то видели? У него лицо наивное. Такие, как он, не умеют ничего скрывать. Все скрывают обычно от них.
– А вчера вы говорили о том, что люди, занимающие руководствующие места, все поголовно умные.
– Хорниева. Путать глупость и наивность – для следователя чревато последствиями. Это совершенно разные понятия. Поймите вы уже, мы имеем дело с безумцем, а не с идиотом.
Хорниева насупилась и скрестила руки на груди. Но ответить ей было нечего. Хотя она могла поспорить, и даже очень хотела, но боялась, что Хлебников снова закроется от неё. Как в случае с посещением Андрея Кочкарева.
– Что там в документах? – строго произнесла она.
– Все в порядке. Вот подпись ответственного за передачу груза. Иван Баламутов. Его нужно будет допросить.
– Вы так сказали, словно собираетесь его пытать.
– А что? Он допустил… как вы это называете? «Ошибку». Сейчас он – самый главный подозреваемый.
