Вера.
Темнота — это спасение. Мне хорошо находиться в ней. Нет боли, криков и смеха. И самое главное нет его, кошмара, который с детства вселял в меня страх. Ничего и одновременно все, что мне нужно. Я устала жить, надеяться на что то. Искать себя в этой жизни. Устала от всего. И сейчас я хочу лишь одного — смерти. Это единственное желание, которое он у меня не заберет. Ведь мучать труп не так интересно, как слушать крики и видеть сопротивление, нет не физическое, а сопротивление в моих глазах. Пусть я уже не могла нормально шевелиться, но я все равно не сдамся. Он не увидит во мне сломленность, не заберет разум, такого подарка он от меня не получит.
Сегодня, он ко мне пришел в четвертый раз, а раз так, то это значит я нахожусь тут уже около трех дней. Если конечно он приходит каждый день.
Я лежала на матрасе слегка приоткрыв глаз, второй открыть я не могла из-за сильной опухоли вокруг него. Одну руку я тоже не ощущала, зато ноги очень хорошо. Мне было холодно, пусть и по российским меркам у нас зима теплая, но ночью мороз опускается до минус десяти, а это не Африка я вам скажу, лежать на матрасе в сыром и плохо отапливаемом помещении.
— Видишь, как я о тебе забочусь? Вот, обогреватель тебе принес.
Он и правда приволок какой-то аппарат доисторического периода. Придвинул его ближе ко мне и стал ковыряться в проводах, пытаясь его включить.
— Молчишь? Я так и знал, что не дождусь от тебя и капли благодарности.
Он посмотрел на меня через плечо и ехидно так улыбнулся. Мне аж противно стало. Мой желудок и так не видевший и кусочка еды в последнее время, стал посылать рвотные позывы.
— Не могу выразить в словах, всю свою благодарность. Можешь прочитать ее в моих глазах.
Да я нарывалась, но по другому не могла.
— Нет Вероника, ты не испортишь мне настроение сегодня. Скоро я накажу еще одного человека, который тебя портил. Да, это то чем ты подумала.
Я неверяще уставилась на него. Только не это. Я смирилась с тем, что он меня замучает и вскоре убьет, но что бы еще кто то пострадал из-за меня, я этого не могу допустить.
— Ты думала я не узнаю про твоего хахаля? Ошибаешься, я видел как вы с ним обнимались. Романтично, ничего не скажу, но мне еще одна шалашовка не нужна. И он поплатится за то, что прикасался к тебе.
Я уже ничего не понимаю, ни его логики, ни мотивов такого поведения. Он просто псих. И я боюсь, что он может реально убить Рината или Стаса. С кем я еще могла обниматься? И кого он имеет в виду?
— Чертова рухлять!
Он психанул и вышел за дверь. А я осталась опять в одиночестве. Жаль что не на долго. Через пару минут он пришел снова, притащив с собой ящик с инструментами.
Я посмотрела на его спину и усмехнулась, он действительно не боится поворачиваться ко мне спиной, не закрыл дверь, уверен, что в моем состоянии ничего нельзя сделать. Вот только при других обстоятельствах, я так и сделала. Но не сейчас, когда этот человек загубил жизнь мою и мамину, а теперь еще и хочет ее испортить моим друзьям. Пусть я особого вреда и не смогу сделать, но зато если умру, то хотя-бы со знанием того, что я не сдалась.
Ракурс конечно хороший, но есть проблема, мне нужно как то дотянуться до ящика, а еще незаметно достать что-то полезное в моем положении. Сильно ударить я не смогу, поэтому мне нужно лишь отвлечь его на пару секунд, чтобы успеть выбежать за дверь и захлопнуть ее. Вот только в моей голове, этот план выглядел хорошим, а на деле оказалось, что я намного слабее своей проекции. Ну и что, что мне удалось вытянуть отвертку. Я даже встать с ней смогла. Старалась делать все тихо. И мне даже казалось, что у меня получилось. Вот только в последний момент, то-ли он что то услышал, то-ли почувствовал или же у него охренительно быстрая реакция, но когда наконечник отвертки вот вот должен был войти в плоть этой твари, он повернулся и мое орудие прошло по касательной лишь глубоко расцарапав ему плечо. А еще я не учла одного фактора, когда он повернулся ко мне лицом, то в руках он держал почти аналогичный инструмент. Его отвертка попала точно в цель. В мою грудную клетку. Я аж на мгновение замерла, не в силах терпеть боль. Протяжный стон вырвался из моей груди и я рухнула обратно на матрас. Но боль прекратилась также быстро, как и пришла. Не знаю в чем причина, наверно из-за выброса адреналина.
— Ах ты мерзкая тварь! Ты на кого руку подняла? Это так ты мне отплатила за то, что я тебя вырастил?
Он подходил все ближе. А когда осталось между нами меньше метра, остановился.
— Я же не хотел тебя убивать. Но ты сама напросилась. Судя по твоей ране, тебе осталось недолго. Ну что дочка, прощай. Мне здесь больше нечего делать. Хотя подожди, я же обещал еще разобраться кое с кем. Как там его…?
Он сделал вид что задумался, а затем на его лице расцвела опять эта мерзкая улыбка. Но нормально я уже не могла рассмотреть. Перед глазами все плыло и сознание грозило покинуть меня.
— Ринат? Или Стас? Хотя нет, пожалуй накажу обоих. Никому нельзя трогать мое. Твой отец тоже поплатился за это.
