– Нет, в 1982. В конце года. Официально в каких-то записях мы, наверное, числились с 1983, но приняли нас после «прослушиваний» в ноябре или декабре 1982 года. Тогда мы выступали перед Борей (Гребенщиков), Юрой (Шевчук) и Геной с Колей (Зайцев и Михайлов – президенты рок-клуба в разное время). Мы исполнили пару наших песен. Кажется, мы тогда орали «ИнжИнера» и «Сучью Ночь». Видно было, что Гребенщикову совсем не понравилось, но он всегда был немного снобом. Ну а остальные просто сказали, не выкидывать же вас. Спросили название. А у нас его и не было. Тогда Шевчук достал откуда-то шапку с нарезанными бумажками. Сказал – тяните. Ну мы каждый по бумажке и вытянули. Мне досталось слово «насос». «Михе» – «Гаджи Ахматов», а «Бурый» вытащил слово «Евфрейтор». Так оно и было написано с ошибкой. Ну мол, необычно. Глаз у умных людей зацепится. Вот так мы в клубе и обосновались.
