Мы вышли в ненастную тьму декабрьского вечера. Рой негромко запел какую-то песенку, и я с удовольствием слушал его звонкий, но мелодичный и мягкий голос. У первого фонаря он посмотрел на меня - его глаза искрились невинным весельем.
- Неплохо сделано, - сказал он.
- Да и старик вел себя неплохо.
- Как ты думаешь - мы его убедили?
- По-моему, теперь он наш.
- Именно. Именно.
37. ШЕСТЬ ДНЕЙ НЕИЗВЕСТНОСТИ
Я попрощался с Роем у главного входа и пошел к Джего. Миссис Джего встретила меня подчеркнуто сухо и сразу же сказала, что вчера она очень неважно себя чувствовала. Может быть, я хочу "подкрепиться" - чтобы поскорее забыть о неприятном впечатлении от ее вчерашнего визита? Ей было так неловко, она так раздражающе многословно извинялась, что мне захотелось уйти - тем более что с каждым новым извинением она смотрела на меня все враждебней.
- Мне очень нужно повидаться с Полом, - сказал я.
- Я прекрасно понимаю, что не со мной, - буркнула она. - Вам, естественно, вовсе не хочется повторения вчерашней сцены.
- Не надо думать об этом, - сказал я. - Вчера вам было необходимо поговорить с друзьями.
- Я знаю, что кое-кто терпит меня из милосердия - да только не нужно мне ничьего милосердия!
- А откуда вы знаете, что я милосердный? - спросил я. Как это ни удивительно, но меня вдруг охватило братское сочувствие к ней. - Так можно мне повидаться с Полом? Я хочу сообщить ему очень важную новость.
- Он занят. - В ее голосе прозвучало непреклонное упрямство. - Его нельзя сейчас отрывать от работы.
- Послушайте, - проговорил я, - мне надо сказать ему, что еще не все потеряно - я имею в виду выборы.
- Неужели что-нибудь изменилось? Ради бога, скажите мне - неужели что-нибудь изменилось?
- Да, кое-что изменилось. Радоваться пока рано, но надеяться, я думаю, можно.
На ее лице вспыхнула счастливейшая улыбка - она обрадовалась как ребенок.
- Пол! Пол! - закричала она, выбежав из комнаты. - Пол, иди скорее сюда, тебя ждет мистер Элиот. Он хочет сказать тебе что-то очень важное.
На пороге гостиной появился Джего - встревоженный и напряженный сверх всякой меры.
- Спасибо, что зашли, Элиот, - сказал он. - Случилось что-нибудь... плохое?
- Напротив, - ответил я. - Весьма вероятно, что Гей в конце концов проголосует за вас. Ручаться не могу, но надеяться на это можно.
- Старик Гей?
Я кивнул.
Джего расхохотался до слез.
- Гей? Самый тщеславный старик на свете?
Я снова кивнул.
- Ай да старикан! - все еще хохоча, воскликнул Джего. Немного позже, вспоминая эту сцену в спокойной обстановке, я решил, что Джего очень странно отреагировал на мою новость, но в тот момент его реакция показалась мне вполне естественной.
Отхохотавшись, Джего вытер слезы и уже без тревоги, но по-прежнему напряженно сказал:
- Я очень благодарен вам, Элиот. Просто не знаю, что бы я делал без вашей поддержки, хотя случай с Пилброу научил меня стойко переносить унижения. Ну, да теперь-то все радикально изменится.
Я попытался охладить его пыл, но из этого ничего не вышло. Он всегда был склонен безоглядно предаваться радостным надеждам. А сейчас неожиданная надежда мгновенно переросла у него в уверенность. Он уже чувствовал себя хозяином колледжа, его мечта осуществилась. Он смотрел на жену с нежной любовью и счастливым торжеством. Мне было ясно, что, как только я уйду, они сейчас же начнут строить планы новой жизни. Надежда возродила их обоих.
Я еще раз попытался образумить его. Судя по всему, мне вообще не стоило говорить ему о Гее.
- В одном вы безусловно правы, Элиот, - сказал он в ответ на мои предостережения. - До выборов осталось шесть дней. Шесть дней неизвестности, которые необходимо как-то прожить.
- Тебе нужно отдохнуть, - сказала миссис Джего.
- Через шесть дней все уже будет позади, - успокоил он жену.
Простившись с четой Джего, я отправился к Брауну. Когда я вошел, Браун обсуждал с Кристлом общее собрание, которое должно было состояться на следующий день, пятнадцатого декабря. К немалому удивлению Брауна, паши противники согласились его провести - может быть, потому, что были твердо уверены в победе и решительно ничего не опасались, а может быть, Деспарда соблазнила возможность еще одной серьезной дискуссии под его председательством. Браун и Кристл обсуждали, с чего им надо начать.
- Это вы о собрании? - спросил я.
- Разумеется, - ответил Кристл.
- Не знаю, нужно ли оно нам, - небрежно заметил я.
- Что вы имеете в виду? - быстро спросил Браун.
- Гей, по всей вероятности, проголосует за Джего, - сказал я.
- Вы с ним виделись? Я не знал, что вы собираетесь...
- Да я и не собирался. Мы с Роем случайно забрели к нему в гости - на чашку чая.
