- Вы только-только успеете изучить ваши новые обязанности, и вам сразу же придется подавать в отставку, - холодно и враждебно улыбнувшись, сказал Кристл. - Я вполне согласен с Деспардом.
- Да, вряд ли это будет _справедливо_, - проговорил Деспард-Смит, если мы предложим вам баллотироваться на должность ректора.
- А в каком возрасте _справедливо_ предлагать человеку должность ректора? - с издевкой спросил Рой: он явно сочувствовал Винслоу.
Прежде чем он успел что-нибудь добавить, Гетлиф сказал:
- Мне кажется, что в принципе ректор должен начинать свою деятельность не позже шестидесяти. Чтобы в запасе у него было по крайней мере лет десять. Вы ведь согласны со мной? - без обиняков спросил он Винслоу.
Гетлиф в отличие от других наставников неплохо ладил с казначеем, и в его вопросе не было ни ехидства, ни злости. Но прямой вопрос требовал прямого ответа.
Винслоу опустил голову и насупился.
- Разумеется, вы правы, - после мучительно долгой паузы проговорил он.
- Мне с самого начала было ясно, что вы именно так и думаете, облегченно и чересчур задушевно сказал Кристл.
Я глядел на Роя, предполагая, что он не смолчит; но он лишь мимолетно усмехнулся: надежда Винслоу была жалкой и смехотворной.
Кристл снова принялся перечислять фамилии.
- Кроуфорд, Джего. С ними ничего не вышло. Браун. Следующий по старшинству - Браун, - сказал Кристл. - Браун. По-моему, тут нам надо серьезно задуматься. Не кажется ли вам, что это вполне подходящая кандидатура?
Винслоу на мгновение поднял голову.
- Браво, декан, - с ядовитейшим сарказмом проговорил он: в нем вдруг всколыхнулась вся его злобная язвительность.
- По-моему, он чересчур молод, - сказал Деспард-Смит. - Едва ли стоит выдвигать в ректоры такого неопытного работника.
- Ему уже сорок шесть лет, - возразил Деспарду Кристл.
- Это очень опасно - назначать на высокий и ответственный пост слишком молодого работника, - уперся Деспард. - Потому что нельзя заранее предугадать, как он себя поведет.
- Браун не изменится до самой смерти, - вмешался я. Мне было очень странно услышать, что кто-то, хотя бы даже Деспард, считает Брауна молодым и неопытным.
- Дело тут, конечно, не в возрасте, - заметил Гетлиф, - однако мне...
- Я предвижу все, что вы скажете, - перебил его Кристл. - Я прекрасно знаю Брауна. Гораздо лучше, чем любой из вас. Мы сдружились с ним, когда были еще студентами. Его нельзя назвать выдающимся человеком. Звезд с неба он, как говорится, не хватает. Посторонним людям наш выбор может показаться странным. Но у него есть превосходные качества, которые начинаешь замечать далеко не сразу. Он сплотит наш колледж, сделает наше сообщество мирным и процветающим.
- Если не занудит нас всех до смерти в ближайшие двадцать лет, вставил Винслоу.
- Мне кажется, - заметил Деспард, - что если уж мы заговорили о сравнительно молодых работниках, то в первую очередь нам надо обсудить вашу кандидатуру, декан.
- Вы ошибаетесь, - возразил Кристл. - Я не справлюсь с обязанностями ректора. Мне хорошо известны границы моих возможностей. Я не смогу быть ректором. А Браун сможет. И я был бы счастлив работать под его руководством.
Он говорил скромно и абсолютно правдиво. В его словах не было ни притворства, ни манерно-величественного псевдосмирения наших университетских ораторов. Его скромность была искренней и чистосердечной, это мгновенно поняли все.
А он продолжал расхваливать Брауна. В конце концов я сказал, что предпочту его любому компромиссному кандидату. Рой пообещал проголосовать за Брауна, если ни один из основных кандидатов не наберет абсолютного большинства, - но энтузиазма у него эта перспектива явно не вызвала. Гетлиф объявил, что, если первый тур голосования окончится ничем, он поступит так же, как Рой. Заручившись нашей поддержкой, Кристл убеждал Деспарда и Винслоу до глубокой ночи: спокойный и сдержанный, он выдвигал все новые аргументы, находил все новые доводы, и время шло, часы отбивали четверти, а он продолжал настаивать - неутомимый, прекрасно владеющий собой, то обходительный и ласковый, то резкий и даже грубый, но неизменно расчетливый, терпеливый и целеустремленный.
Всем, кроме него, было ясно, что он ничего не добьется. Винслоу говорил мало, но в каждом его слове слышался отзвук ядовитой и презрительной горечи. Деспард-Смит возражал Кристлу упрямо и непреклонно. Все, кроме Кристла, понимали, что ему не удастся отстоять Брауна. Надежда на компромисс не оправдалась. Однако Кристл продолжал упорствовать. К полуночи любой из нас убедился бы, что проиграл, но Кристл спорил с Деспардом до двух часов.
И в конце концов добился компромиссного соглашения - исключительно из-за нашей усталости. Мы признали, что третьим кандидатом может быть только Браун.
- Это же очевидно, - втолковывал он Деспарду. - Три человека, не считая меня самого, согласились признать его компромиссным кандидатом. Можете вы что-нибудь на это возразить?
Утомленный Деспард отрицательно покачал головой.
