– Но ты же и раньше ходил в походы с солдатами, – сказала Остра.
– Да, но они были сами по себе, – ответил Казио. – Я никогда не сражался как солдат. Честно говоря, я не знаю, что буду делать завтра. Я не владею ни копьем, ни луком, а моя шпага не особенно подходит для боя в пешем строю.
– А ты знал про з’Акатто?
– Ну, были кое-какие намеки. Осперо однажды назвал его «Эмратуре», и я знал, что они с отцом участвовали в нескольких войнах, но з’Акатто никогда об этом не говорил. Я и представить себе не мог, что о нем до сих пор ходят легенды.
– Похоже, они ему верят и будут рады, если он их поведет, – заметила Остра. – А они разбираются в таких вещах лучше, чем мы.
– У них нет выбора. Помнишь армию, с которой мы сражались в Лангрете? Там была пехота. И кавалерия Энни их полностью уничтожила. С кавалерией трудно сражаться.
Остра наклонилась к Казио и поцеловала его.
– Мы попадали и в более серьезные переделки.
– Ты права, – ответил Казио. – Но там умение фехтовать что-то значило.
– Ты всегда очень много значишь, Казио, – сказала Остра. – И святые любят тебя так же сильно, как я.
Казио улыбнулся:
– Эренда дала мне тебя, поэтому я знаю, что она меня любит. И почти уверен, что Фьюсса ко мне неравнодушна.
– Так ты ухаживаешь сразу за двумя святыми женщинами? Это может привести к неприятностям.
Он ощутил укол совести и понял, почему пришло это чувство.
– Не думаю, что я буду ухаживать за какими-нибудь другими женщинами, святые они или нет, – сказал он, чувствуя себя очень странно.
– Я пошутила, Казио.
– А я – нет, – услышал себя Казио. – Более того, я надеюсь, что ты согласишься стать моей женой.
Остра нахмурилась.
– Послушай, не нужно шутить, – сказала она.
– А я не шучу. Я не могу предложить тебе больше того, что ты видишь, но это я готов отдать.
Она внимательно посмотрела на Казио:
– Ты уверен, что нас убьют?
– Дело не в этом. Я только что понял, что люблю тебя, Остра, сожалею, что не догадался раньше и что мы не поженились в тот день, когда вошли в Эслен. Надеюсь, ты меня простишь.
– Да, – ответила Остра, и в ее глазах появились слезы.
Она поцеловала Казио, и их поцелуй долго не прерывался.
– Теперь у нас есть еще одна причина для возвращения в Эслен, – сказал он, поглаживая ее волосы. – Я должен спросить у Энни разрешения похитить тебя.
– Она его уже дала, – ответила Остра. – Когда Энни меня отправила сюда, она сказала, что сделает тебя герцогом или что-то в этом роде. И разрешила мне выйти за тебя.
– Герцогом? – спросил Казио.
– Ну или какой-то другой титул. Может быть, лорд Данмрог.
– У меня уже есть титул, – сказал он. – Не слишком высокий. Но я с ним родился.
– Знаешь, можно иметь несколько титулов.
– Хм-м-м. Герцог Казио. Дуоко Казио. Звучит неплохо.
Снаружи послышался шорох, и в дверь кареты постучали. Казио открыл и увидел Яна.
– Айкен нашел подходящее место, – сказал солдат. – Эмратуре хочет, чтобы мы добрались туда до восхода солнца, так что мы выступаем.
Им пришлось пройти лигу на восток, к старой насыпи возле реки святого Сепода, а затем они принялись за работу. Солдаты рубили колья и копали траншеи. Копать здесь было легко, поскольку весной землю вспахали, так что дело шло быстро.
З’Акатто расхаживал вокруг позиции, и в нем чувствовалась такая энергия, какой Казио никогда прежде не видел. У него даже не было уверенности, что старик пил.
Казио устал копать и решил немного передохнуть, чтобы взглянуть на позиции.
Справа поле переходило в заболоченный лес, но слева не имело четкой границы. Здесь з’Акатто поставил в ряд карету и два оставшихся фургона, но Казио не слишком верил, что они смогут задержать противника. А вот перед их позициями виднелись траншеи, ощетинившиеся вкопанными в землю кольями.
К Казио подошел з’Акатто.
– Надоело копать? – спросил он.
– Нет, я просто сделал небольшую передышку, – ответил Казио и указал на поле. – Почему ты выбрал место так, чтобы у нас в тылу была вода? Нам будет некуда отступать.
– Странно, что ты говоришь об отступлении, – ответил з’Акатто. – Никогда прежде не слышал, чтобы тебя это интересовало.
– Но здесь не только я.
Старый фехтовальщик кивнул:
– Правильно. Именно это мне и не нравится. Теперь ты понимаешь?
– Да, до меня начинает доходить, – вздохнул Казио. – Но я сожалею, что ты мне так мало рассказывал.
– Я старался сам побольше забыть, – признался з’Акатто. – Я очень не хотел, чтобы тебе пришлось заниматься этим делом.
– Ты ни в чем не виноват. Я сам сделал выбор.
– Тут я возражать не стану, – проворчал з’Акатто.
– Так почему же ты не оставляешь путей к отступлению?
З’Акатто пожал плечами.
– Их больше, и у нас слишком мало копий для эффективного боевого построения. Вот почему мы должны иметь защищенные фланги и тыл, – ответил з’Акатто.
– Однако наш левый фланг открыт.
– Фургоны замедлят кавалерию, – пояснил з’Акатто. – Это лучшее, что мы можем сделать, учитывая время, которое у нас имеется. В любом случае отступать мы не можем. Нам нужно одержать победу. Иначе нам конец.
– А что, если к ним подойдут подкрепления?
