В новогодние праздники у современной золушки Ани Гордеевой сразу все пошло не так: ужасный корпоратив, потом простуда, острый финансовый кризис.Лучшие друзья уезжают отмечать Новый год на дачу, и Анька остается в городе одна. Правда, этот город – Санкт-Петербург, в который Аня по-настоящему влюблена, и, кажется, он отвечает ей взаимностью.Больше всего на свете Аня любит Новый год и рассматривать елочные игрушки. Но сейчас обстоятельства складываются так, что у Гордеевой даже елки не предвидится. Конечно, можно пойти и купить искусственную, но Аня терпеть не может подделки. Ей нужны только настоящая елка, настоящая зима и самый настоящий принц!
Глава 1.Аня чистит перышки и перемигивается со Cчастливым лосем
За неделю до Нового года все золушки банка «Золотой гусь» на один вечер должны были превратиться в принцесс. Пафосный корпоратив в дорогом ресторане требовал шикарных вечерних нарядов, безупречных причесок и сверкающих глаз. Так что, золушки были просто обязаны сотворить с собой чудо и явиться на корпоратив настоящими красавицами. Только в отличие от той самой Золушки современные бедные девушки творили все чудеса за свой счет.
Фея-секретарь, которая разносила годовые бонусы в голубых конвертах, изящно порхала по кабинетам руководства. На первый этаж, где за длинной стеклянной стойкой прямо у входных дверей сидели современные золушки операционного отдела, эта фея никогда не залетала. Как обычно, вместо феи к золушкам прилетело лишь электронное письмо из отдела кадров с напоминанием о том, что «явка на корпоратив строго обязательна».
Как ни крути, а за триста лет ничего особенно не изменилось. Может, только вместо платья замарашки теперь золушке положен деловой сарафан цвета прошлогодней осени и на шею – блестящий золотой платок из чистого ацетата. И, если та золушка, стесняясь своего платья, хотя бы могла схорониться за печкой от людских глаз, то тут надо было целыми днями сидеть в стеклянном, как аквариум, офисе у всех на виду. И дешевые золотые платки под адскими лампами отсвечивали так, что слепили прохожих на другой стороне улицы. Дресс-код сразу отделял золушек от иных офисных девиц – одинаковые желтушные сарафаны были положены только самым низшим банковским сословиям.
Работу, в общем, для золушек тоже никто не отменял. Конец года всегда приносил с собой безумный поток клиентов, острые конфликты с архивом по вопросу срочной передачи дел, а главное – наступало время офигительных отчетов, по сравнению с которыми разобрать два мешка фасоли – легкая разминка для мелкой моторики.
Может быть, и хотелось бы юной золушке Анне Гордеевой в последние декабрьские выходные остаться дома и привести в порядок свою крошечную съемную студию за КАДом, елку хоть поставить, в конце концов. Но нет, пропускать корпоратив было никак нельзя.
«Золотой гусь», по традиции намеревался раздавать свои символические золотые яйца из дрянного шоколада. Обернутые в дешевую фольгу яйца должны были поощрять тех, кто все-таки умудрился выполнить поручения злой мачехи в уходящем году, то есть, – вписался в заявленные показатели производственного плана. К шоколаду и фольге, конечно, прилагалось денежное вознаграждение, суммы которого не оглашались, оно просто бесшумно оседало на картах золотых яйценосцев. И все банковские золушки должны были лично рукоплескать этой чудесной церемонии, стоя в прическах за четверть своей зарплаты и платьях, на которые уже никаких средств не хватало.
В прошлом году елка ресторана была украшена живыми орхидеями, шелковыми бантами и чешскими хрустальными снежинками. Приглашенным гостям надо было как-то соответствовать такой красавице.
В этом году Анька очень надеялась получить внеочередное дежурство в выходные и на законных основаниях пропустить безумный банковский бал, сэкономив тем самым на аренде платья и избавив себя от прочих трат. Ан–нет, дежурство в рабочий график ей не поставили, как она ни просила. И это стало очередным тревожным звоночком.
Похоже, ей уже не кажется, что новый начальник кредитного отдела Г-нов положил на нее свой мутный глаз. До чего же все-таки неприятный тип! Его липкие взгляды Анька чувствовала время от времени на своей точеной фигурке в узком приталенном сарафане. Фасон униформы был строго регламентирован корпоративной этикой, и Анна обязана была носить этот чертов сарафан. После сальных взглядов Г-нова хотелось немедленно оттереться чистой салфеткой, а лучше – прополоскать себя в «фейри».
Никаких благородных принцев на балу не ожидалось, так что, не вырисовывалось ни малюсенькой перспективы, ради которой стоило начищать перышки в дорогом салоне и брать в аренду платье.
Тем не менее, бесценное утро предновогодней субботы было убито в модной парикмахерской. Анька так и не смогла толком сформулировать свои пожелания по поводу прически. Ведь не скажешь милой фее с серебряными ножницами, что тебе надо соорудить на голове что-нибудь этакое, чтобы пройти фейс-контроль в помпезный ресторан, где только прикид у елки тянет на пару твоих годовых зарплат.
Но при этом, желательно, чтобы прическа была такой, чтобы господин Г-нов никак не смог тебя обнаружить среди ста двадцати приглашенных. А что такое сто двадцать персон на банкете? Да, это всего лишь десять столиков по двенадцать человек, и рассадка гостей давно известна. Анне предстояло провести пять часов в замкнутом пространстве ресторана на отведенном для их восьмого столика пятачке.
