– Ничего эта Марта не понимает в современном искусстве. Современное искусство, – задумчиво повторил я, как бы пробуя это словосочетание на вкус, и закурил. – А не основать ли мне музей современного искусства? – выдохнул я табачный дым из легких.
Нет, не из любви к искусству, тем более современному, вернее, к тому убожеству, что в мое время называли современным искусством, а чисто для уменьшения налогооблагаемой базы.
Как раз приближался самый нелюбимый для любого американца момент, особенно для состоятельного – выплата налогов любимому государству.
Левых доходов, которые могут раскопать у меня нет, я недавно подсуетился и на все получил вполне легальные документы. Вот только меня отчаянно душила жаба. Ну не хотел я делиться, вот хоть убей, да еще со своими врагами.
А как уменьшить сумму, которую я должен буду отстегнуть американскому правительству? Ответ есть – мне нужно заняться благотворительностью. Здесь же классная система: потратил доллар на благотворительность и на этот доллар тебе скидка от налоговой. Вот мне и нужно активно эти самые доллары тратить. Фиктивно, разумеется. Схема же элементарная и хорошо в моём времени известная. Заказываешь очередному непризнанному гению картину, по бумагам она будет стоить, допустим сто тысяч, а на самом деле ты платишь тысячу. И вуаля, вот тебе и сто тысяч экономии.
Только нужен еще и прикормленный искусствовед, который подмахнет нужные бумаги, но, думаю, это проблемой не станет. Искусствоведы тоже люди и никакие соблазны им не чужды.
Так что решено – быть тебе, Фрэнк, не только промышленником и биржевым спекулянтом, но и покровителем современного искусства!
31-е декабря 1954 года. Москва. Площадь Дзержинского, д. 2.
Начальник Второго Главного управления КГБ при Совете Министров СССР Федотов вот уже несколько минут с ожесточением распекал своих подчиненных.
– Это не выводы, это не аналитика – это профанация!
Полковники с покрасневшими от переполняющих их эмоций лицами, словно юные лейтенанты, стояли перед патроном навытяжку и не смели вставить слово в поток красноречия генерал-лейтенанта.
– С чего вы взяли что этот «Дядюшка Ванг» – предсказатель?! Лишь из-за того, что он угадал победу нашей сборной в хоккее? Тоже мне невидаль! Да таких предсказаний каждый может пачками выдавать! А последнее его послание, – в этом месте Федотов сплюнул, вспомнив его странный перевод «Морской Волк выходит на охоту, берегите ваших щук и Юлия Цезаря», который сперва все восприняли как бред сумасшедшего, но уже позже, когда отгадали все аллегории, стало не до смеха. – Это вообще не предсказание! Об американской атомной подводной лодке нам уже давно известно. Это очень изощренная провокация! Этот «дядюшка Ванг» хочет нас убедить в том, что Nsutilus начнет топить наши военные корабли. И как вы думаете зачем он это делает? Да чтобы мы нанесли превентивный удар! Он хочет стравить наши страны! Этот «дядюшка Ванг» или проект тех, кто заинтересован в войне с нами внутри США (ястребов) или кого-то из Европы.
– Итальянцы? – все же отважился вклиниться в рассуждения начальника его заместитель, полковник Шубняков. – Ведь «Новоросийск», бывший «Юлий Цезарь» – это как раз итальянский корабль, да и последнее послание пришло из Италии.
– Может и итальянцы, у кого-то из недобитков реваншистские идея в одном месте заиграли, вот и задумали провести диверсию, а вину свалить на Штаты, тем самым втравив нас в третью мировую войну.
– Но тогда почему нам о ней сообщили до самой диверсии, когда мы можем принять меры и она станет невозможной, а не после, когда уже ничего исправить будет невозможно? – недоуменно спросил Грибанов, второй из полковников.
– А вот ответ на этот вопрос и должен содержаться в аналитической записке, а также версии о тех, кто против нас играет, а не сказки о предсказателе! – генерал ткнул пальцами в лежащий перед ним документ. – И ведь что удумал поскудник, – вновь перешел генерал на личность «дядюшки Ванга», – нет, чтобы по-людски все написать, так он пишет какую-то дичь про медведей, щук и Юлия Цезаря! Еще корявые иероглифы нам рисует! Да, он издевается над нами!
– Товарищ генерал, эксперты говорят, что такими странными посланиями «предсказатель» привлекает к себе внимание, – сослался Шубняков на всю ту же аналитическую записку, что вызвала такое неприятие у Федотова.
– Пересмешник он, а не предсказатель, – заключил генерал-лейтенант и этот псевдоним отныне фигурировал во всех документах по «дядюшке Вангу».
Помимо сувениров и подарочной корзины для соседки я привез из Европы еще и пиво: упаковку бельгийского Ламбика и целых два вида Кельша. Мне хотелось познакомить сотрудников моей пивоварни с тем что варят на другой стороне Атлантики. Притом не в Англии, британские сорта как раз были в Штатах достаточно известны, хотя и не сказать, что популярны. Еще бы чешского пива сюда привести, но продукция социалистической Чехословакии мне не попалась ни в Италии, ни в Швейцарии, ни в Лихтенштейне.
