Да уж, нелегко быть воительницей по прозвищу Аннуил Кровавая. Мужчины при твоём появлении либо съёживаются от страха — и таких большинство, — либо относятся как к бесполому существу. Конечно, правда, что Аннуил ловко и без устали рубит головы легионам солдат своего безжалостного братца, но ради разнообразия было бы приятно поговорить с мужчиной. Например, с таким как Фергюс Разрушитель. Вот только очень жаль, что Фергюс — дракон. Огромный, чешуйчатый и смертельно опасный дракон. С драконом Аннуил чувствует себя в безопасности… и совсем другие чувства у неё вызывает высокомерный рыцарь Фергюс с великолепным телом, который помогает подготовиться к битве. Он её возбуждает. Дни Аннуил проходят в борьбе с мужчиной, который наполняет всё её существо диким, опьяняющим желанием, а ночи — в компании с волшебным созданием, способным одним выдохом уничтожить целую деревню. Аннуил уверена, что жизнь страннее уже стать не может. Похоже, она ошибается…
Он уже довольно долго слушал звуки сражения. Впрочем, как и всегда, их игнорировал — войны людей его не интересовали. Никогда. Но вот звуки послышались справа от его убежища. Что ж, пришлось сдвинуть свою задницу с места.
Развернув хвост, который для пущего уюта он обычно оборачивал вокруг тела, он медленно двинулся к выходу из убежища. Он не знал чего ожидать, да и не волновался по этому поводу, просто сейчас ему было довольно скучно и, быть может, появилась возможность поразвлечься.
Или, по крайней мере, поужинать.
Клинок вошёл в бок Аннуил, пробив броню и плоть, разрывая внутренние органы.
Хлынула кровь. Аннуил поняла, что умирает. Солдат улыбнулся, услышав, как она вскрикнула от боли, что только разожгло ярость, которой Аннуил славилась.
Воительница подняла клинок и с душераздирающим кличем чистой ярости замахнулась. Сталь со свистом прорезала воздух, а потом и мужчину, отделив голову от шеи. Кровь брызнула в лицо и на руку Аннуил.
Остальные солдаты остановились. Они довольно легко разобрались с небольшой группой воинов Аннуил, заманив в пустынное горное ущелье.
Но Аннуил не позволяла им подобраться на расстояние смертельного удара. До этого момента.
Жизненные силы покидали тело, и Аннуил понимала, что долго не протянет. Зрение затуманилось, появилась слабость и лёгкость, дыхание давалось с трудом.
Но воительница намеревалась бороться до последнего вздоха. Обхватив окровавленными руками меч, она подняла его и приготовилась к следующей атаке.
Один из солдат шагнул вперёд. По взгляду на его лицо стало понятно, что он желает стать тем, кто отрубит ей голову и подарить брату Аннуил, чтобы тот мог сохранить её как трофей и предупреждение остальным, кто посмеет усомниться в его власти.
Аннуил наблюдала за самоуверенным, медленным приближением солдата. Конечно же он понимал, что она умирает, что сил сражаться дальше у неё нет.
Силы покидали Аннуил. Ноги начали дрожать, тело мучительно сильно хотело прилечь на землю и просто немного вздремнуть. Всего лишь несколько минут.
Аннуил резко распахнула глаза и поняла, что солдат уже гораздо ближе. Она взмахнула мечом, но мужчина с лёгкостью парировал удар, улыбнулся и воительница захотела продать душу, лишь бы стереть эту улыбку с лица.
Солдат оглянулся на своих товарищей, чтобы убедиться, что они все наблюдают за тем, как он будет убивать воительницу.
И это стало его ошибкой. Аннуил воспользовалась уроками отца не упускать очевидную возможность.
Воительница проткнула его мечом, вонзила прямо в живот. Солдат в ужасе уставился на неё. Для пущей уверенности Аннуил прокрутила меч, с удовольствием наблюдая за тем, как солдат открыл рот, чтобы закричать, а издал лишь жалкое хныканье.
Аннуил выдернула лезвие меча и солдат рухнул на землю. Понимая, что это её последнее убийство, воительница всё равно намеревалась умереть с оружием в руках. Но, повернувшись к оставшимся солдатам, она обнаружила, что больше не является объектом их интереса.
Все взгляды были устремлены мимо — на пещеру, перед которой она стояла.
Аннуил попыталась понять, что за новую уловку они задумали, и так и не отвела от них угасающего взгляда, даже когда земля затряслась под ногами.
Даже когда солдаты в явном ужасе попятились от неё; даже когда над ней нависла огромная тень, полностью закрыв солнце.
И лишь когда мужчины закричали и бросились прочь, Аннуил подняла взгляд и увидела над собой чёрную чешую. Чешуя пришла в движение, затем послышался протяжный вдох и воительница снова перевела взгляд на улепётывающих солдат.
Поток огня пролетел через ущелье, уничтожая деревья, цветы и, в конечном счёте, солдат. Оперившись на меч, Аннуил наблюдала за тем, как врагов объяло пламя, их тела корчились, отчаянно пытаясь сбить огонь.
Аннуил, несмотря на то, что понимала, что следующей станет она, от представшей перед ней картины испытала небольшое удовлетворение. Когда крики стихли, воительница подняла взгляд и обнаружила, что дракон смотрит прямо на неё, и смотрит с явным любопытством, не делая движения, чтобы уничтожить. По крайней мере, пока.
— Я бы испугалась вас, господин Дракон, — произнесла она, когда силы покинули тело и воительница рухнула на колено, но продолжила опираться на окровавленный меч, — вот только я уже умираю. — Она горько усмехнулась. — Простите, что лишаю вас такого лакомого кусочка.
Аннуил закашляла. Кровь потекла по подбородку и ниже, по блестящим стальным латам.
Аннуил рухнула на землю, но вскоре почувствовала, что её подняли. Воительница понятия не имела попала ли её душа в землю предков или же в рот зверю, но, в любом случае, с её жизнью было покончено.
Аннуил услышала стон. Непрекращающийся, громкий стон. Ей понадобилось несколько долгих мгновений, чтобы осознать, что этот раздражающий звук издаёт именно она.
