Там стоял человек... Точне, Лайон надеялся, что тот им был. Высокая фигура, сутуля плечи, подпирала стену спиной, неотрывно следя за каждым его шагом. Лайон не видел его глаз, точнее... У него их просто не было.
Жуткие мрачные тени, постоянно скачущие и грызущиеся друг с другом. Переливающиеся картины, сходящие в жутком танце, словно демоны или звери, дерущиеся за чью-то душу.
-За твою.
Грузный, жестокий голос послышался от незнакомца и мистер Грув понял, что многие свои мысли, от страха, проговорил вслух. Упав на задницу, он медленно отползал назад, попутно выбрасывая на землю найденные трофеи.
-Я всё отдам, слушай... Давай, я просто уйду и всё?
Но ему не ответили. Лишь тихое эхо приближающихся шагов, да тяжёлое, натужное дыхание, что пугало его до дрожи.
-Пожалуйста, мне не жалко. Всё твое, только прошу...
-Прощения больше не будет.
Не расслышав ответ, Грув понял его по-своему, считая, что неизвестный псих хочет забрать себе всё награбленное.
-Что? Ах, да. Ваше, ваше! Всё это ваше!
В темноте подворотни раздался хлёсткий неприятный звук. Словно два куска металла резко потёрли друг об друга. Лайон прищурил взгляд, пытаясь высмотреть в руках незнакомца оружие, но всё произошло слишком быстро.
Левую скулу обожгло болью. Он буквально слышал, как его собственная плоть рвётся от быстрого и сильного удара.
-А-а-а-а.
Хруст. Опираясь на левую ногу, он загнулся от боли, подгибая под себя сломанное колено правой. На ощупь тыкаясь пальцами-сосисками в сторону новой раны, Лайон нашёл куски собственных костей, торчащих наружу.
Ужас затопил его сознание, заставляя совершать необдуманные поступки. Рука бывалого преступника метнулась к карману на груди, вытаскивая шестизарядный револьвер. Он не хотел шуметь, уж слишком хорошим и охраняемым был район, но другого выбора не было.
Грохот выстрелов разорвал ночную мглу. Один, два, три, четыре...
Все оставшиеся пули были истрачены практически в упор и с каждым новым выстрелом Лайон видел, как фигура его врага становилась ближе, подходя к нему вплотную.
Он плевал на пули. В череде грохотов мистер Грув от страха не мог зажмурить глаза и видел это собственными глазами. Тени окутывали его тело, защищая от каждого выстрела, оберегая от смерти и заставляя сердце старого бандита биться в сумасшедшем ритме.
-Нет, нет, нет... Сраный мутант! Нет!
Рука с пистолетом была вывернута наизнанку. Незнакомец не испытывал к нему жалости, проворачивая конечность до тех пор, пока кости и собственные мышцы не начали выдавливать кровь, словно пасту.
-А-А-А-А-А!
Никто не знал, чего в этом крике было больше, ужаса или боли. Лайон Грув метался, как пойманный в капкан зверь, он столь яростно дергал рукой, надеясь поскорее избавиться от боли, что в какой-то момент ему это удалось, а сам Лайон смог наконец вырваться из хватки, уползая в сторону освещенного перекрёстка.
Адреналин заполонил его кровь. От боли и страха он не чувствовал усталости, преодолевая на сломанной ноге невероятное расстояние.
-Я смогу. Я спасусь. Я смогу.
Оставляя за собой кровавый размазанный след, Лайон Грув выполз на проезжую часть, собирая на себе взгляды любопытных жильцов города, выглядывающих поздней ночью в окно. Они видели, как испуганный и раненый человек радостно смеялся, наконец-то скрывшись от тьмы...
За спиной мистера Грува вновь раздался щелчок.
С ужасом он обернулся назад, чтобы застать перед собой жуткую фигуру в кожаном плаще. Медленно приподнимая голову, он открывал своё лицо... Белое, пустое, с постоянно меняющимися картинами, вгоняющими в транс.
Лайон уже не мог кричать. Сорвавшийся голос выдавал лишь жалкий хрип, пока наполненные отчаянием глаза всматривались в того, кто изувечил его.
-Нет... Прошу...
Не говоря ни слова, незнакомец присел на корточки, придавливая сломанное колено Грува. В его руках мелькнул нож, который с бесстрастностью машины принялся за свою кропотливую и сложную работу.
Немногие из жильцов этого богатого и мирного района смогли остаться в себе. Отбегая от окон, они прятали детей, запирая свои двери на десятки замков и готовясь к тому, что ночной монстр придёт именно за ними.
На полицию обрушились сотни телефонных звонков, где несчастные горожане говорили об одном и том же, захлёбываясь в собственных слезах и ужасах, путая следы и сбивая полицию с толку.
Тихий тёмный переулок в Нью-Йорке. Новенькие дома, со славными дорожками тротуаров.
Изувеченный Лайон Грув, с трудом сохранявший размеренное дыхание, пустым взглядом смотрел в небо, когда первый полицейский патруль прибыл на место. Его побелевшее лицо тряслось, а сам он, едва попадая зубами друг на друга, безумно бормотал от страха одну-единственную фразу, вырезанную на его лбу.
-Прощения больше не будет... Прощения... Больше не будет... Не будет...
***
Фелиция сидела на парапете, привычно свесив ножки, дергая ими из стороны в сторону, словно счастливый ребёнок, попавший на качели. Вся её фигура выдавала в ней довольство и восторг, только вот прищуренные глаза и надкушенная губа выдавали иное, нечто куда более серьёзное и непривычное создаваемому ей образу.
