— Орден созывался еще в июне, но было приятно решение посвятить и вас всех в его существование: по-настоящему вступить в него можете только после семнадцати лет.
Близнецы радостно заулыбались, но миссис Уизли была совсем другого мнения:
— Нет, вы двое не вступите в Орден, пока не закончите школу! — строго сказала она своим сыновьям. Улыбки медленно сползли с их лица.
— Также Дамблдор запрещает, строго настрого, рассказывать что-либо Гарри. Никакого упоминания адреса или существования этого Ордена, всем все понятно?
Дети дружно кивнули. Им дали посмотреть на адрес, написанный на клочке бумаги размашистым почерком: «Площадь Гриммо, 12». Штаб-квартира в Лондоне. Оказалось это поместье семейства Блэков, а теперь и крестного отца Гарри. Джейн рассказали его историю, о которой она не догадывалась — это был секрет даже для большинства членов Ордена.
Дом на площади Гриммо по-настоящему впечатлял: внутри это было несколько этажей, оформленных в готическом стиле. Всюду лежали тонны пыли, а по коридорам бродил старый-престарый эльф-домовик со странным именем Кикимер. Гермиона и Рон были знакомы с Сириусом Блэком раньше, но вот Джейн, Джинни и братья Уизли — нет.
Джейн увидела перед собой очень усталого, но красивого мужчину: черные, как вороново крыло, блестящие волосы; мужественные черты лица со следами пережитых страданий; в целом его высокий рост и статность выделяли его среди остальных мужчин. Он совсем не походил на того кровожадного убийцу, которого описывали в газетах. Отличали его также приятный голос и изящные манеры.
Когда они познакомились, то Джейн не выдержала и, загадочно улыбнувшись, прошептала Джинни:
— Будь я постарше, влюбилась бы в такого красавчика!
Джинни захихикала и кивнула: она тоже была под впечатлением. Джордж посмотрел на девушек и нахмурился — видимо, все услышал. Джейн посмотрела ему в глаза и пожала плечами: какое ему теперь до этого дело?
Первый день в этом доме оказался очень тяжелым: миссис Уизли объявила генеральную уборку жилой части дома, поэтому ребята чистили комнаты, в которых им предстояло жить, и кухню. Дом был таким древним, что в нем скопилось нереально большое количество всякого магического хлама, а за пятнадцать лет отсутствия Сириуса — все покрылось пылью, грязью и паразитами. Но Джейн восхищалась каждым сантиметром: столько всего необычного находилось в каждом уголке. К вечеру они освободили четыре спальни и кухню.
Ужин еще никогда не казался ребятам таким вкусным: все сильно устали и проголодались. А когда убрали посуду, то сидели за столом: либо разговаривали, либо играли в шахматы (в частности Рон искал себе достойных соперников). Гермиона внимательно читала «Ежедневный пророк». Джейн снова проиграла партию Рону, поэтому уступила Сириусу. Тот с большим удовольствием начал игру. Девушка смотрела за ними, облокотившись на стол. Близнецы играли в карты с Джинни. Миссис Уизли вязала, нервно поглядывая на часы: Артур Уизли долго не возвращался с работы.
Общество на площади Гриммо в итоге поделилось на две части: первая — во главе с миссис Уизли драила комнаты и делала их пригодными для жизни, а другая — решала вопросы борьбы с Волан-де-Мортом. Конечно, ребята хотели подслушать разговоры взрослых, поэтому близнецы изобрели забавную и полезную вещь — Удлинитель ушей, идею которого подкинул Рон. Джейн с Фредом долго думали, как это сделать, пока Джордж не впал в изобретательский раж, за один вечер создав прототип — и он действительно заработал.
Так они узнали, что Гарри назначили слушанье в Министерстве за незаконное использование магии в присутствии магла: он применил заклинание Патронуса, когда на него и его брата напали дементоры. Гермиона и Рон ждали Гарри на площади, догадываясь, что он будет страшно зол — друзья ничего не рассказывали ему в письмах. Вообще эти двое стали проводить больше времени вместе, чему Джейн не хотела мешать, поэтому чаще сидела с Джинни или близнецами. В какой-то момент она смотрела на их изобретения, на них — таких счастливых и увлеченных, что совсем не понимала, что она делает рядом с ними.
Так Джейн перед приездом Гарри сидела одна в малой гостиной и смотрела на огонек в банке, который она попросила сделать Сириуса (ей ведь нельзя колдовать): он ярко сиял в абсолютно пустой и темной комнате — из нее вытащили всю мебель, кроме громоздкого дивана — его уберут уже завтра, чтобы помыть здесь полы и стены. Хотелось сидеть так в одиночестве и погрузиться в темноту.
— «Иди, иди за мной покорной, и верною моей рабой…» — Джейн вспоминал стих, который прочитала недавно, и он сильно запал ей в душу. — «…Я пронесу тебя над бездной, ее бездонностью дразня. Твой будет ужас бесполезный — лишь вдохновеньем для меня». Да, «И под божественной улыбкой, уничтожаясь на лету, ты полетишь, как камень зыбкий, в сияющую пустоту…»{?}[Александр Блок «Демон»]
