"Так это же кино!" – воскликнет читатель. "В кино чего только не покажут!" Да, но кино – отражение мировоззрения. Это зеркало, в котором можно увидеть создателя этого кино. И того, кто это кино смотрит. Мне могут возразить, что и российские фильмы "про войну" или те же боевики – это копия американских. Слава Богу – нет. Да, и в наших фильмах ручьём льётся кровь. И в них полно бессмысленных убийств. Но эти убийства не стали обыденным делом, это в самом деле – убийства, а не приятный фон, под который так хорошо хрустеть попкорном… Сравните "Рэмбо – 3" и "Афганский излом". Ощущения? В первом Рэмбо «мочит» безликих манекенов, обозначающих русских солдат, и никаких сильных чувств это зрелище не вызывает. Разве что раздражения у патриотически настроенной части россиян. Рэмбо просто "делает свою работу" – рубит всё, что попадается на глаза. В его пустую голову никогда не придёт мысль, что он совершает убийство… Некуда приходить этой мысли. Потому что Рэмбо – это робот. У робота нет души. Поэтому робот вне моральных рамок. В "Афганском изломе" русский офицер, которого играл Мишель Плачедо, бессменный "комиссар Катании" из «Спрута», приносит себя в жертву – позволяет афганскому мальчишке застрелить себя из автомата… Потому что для этого офицера те афганцы, которых ему пришлось убить (иначе просто убили бы его) были ЛЮДЬМИ, живыми людьми, а не мишенями. И вынести груз убийства этих людей он просто не смог…
Но американский зритель не станет смотреть "Афганский излом". Потому что для них этот фильм нелеп и непонятен. В лучшем случае русского назовут шизофреником, у которого внезапно "поехала крыша". Ведь столько «черномазых» смог бы ещё настрелять! А вот русские смотрят «Рэмбо» с удовольствием. Хотя и возмущаются, что это всё – ложь, что не может один человек воевать с целой армией… Да разве в этом дело!
В Западном обществе преобладает индивидуальное начало, в отличие от коллективного начала, свойственного славянскому миру. Западный человек гораздо быстрее смириться с гибелью таких же, как он, если не связан с ними кровными узами. Именно в индивидуализме западного человека кроется главная причина его местного патриотизма, когда живо и эмоционально воспринимается только гибель своего соотечественника, такого же, как он сам. Трагедии же целых наций, которые могут быть даже близкими соседями, воспринимаются довольно холодно и формально. Дело в том, что своя нация, своя страна воспринимается как часть себя, причём зачастую довольно остро. В то время как другие страны уже являются чем-то посторонним, чужим. Патриотизм Запада – это коллективный индивидуализм. Угроза своей стране воспринимается постольку, поскольку эта угроза самому существованию её граждан. Агрессия же против других народов воспринимается гораздо более спокойно, ведь это – что-то отдельное, абстрактное.
Именно этим и объясняются успехи Запада в колониальных захватах. Европейцы обращались с местным населением предельно жестоко вовсе не потому, что конкистадоры были отбросами общества или не знали, что такое человечность. Просто жители завоёванных континентов не были для них людьми. «Краснокожие» и «чёрные», а также «узкоглазые» или «цветные» считались не то, что людьми второго сорта, но вообще не воспринимались как человеческие существа! Почитайте произведения Редьярда Киплинга, Фенимора Купера и обратите внимание, как авторы относятся к тем, кто не принадлежал к белой расе. Никто и не пытается проникнуть в душу «цветному», просто потому, что искренне считают – у этих людей души нет!
Впрочем, было бы огромной ошибкой считать, что подобное мышление не свойственно для России. Свойственно. И особенно усилились позиции российских «индивидуалистов» с развалом единой идеологической системы КПСС. Конечно, то, что проповедовали коммунисты, далеко расходилось с реальностью. Конечно, реальные дела Коммунистической партии никак нельзя было назвать служением своему народу. Однако то, что пришло на замену коммунистической идеологии, – катастрофа. Идеология эгоизма, потребления, вражды, лозунг "человек человеку – волк". Пример для подражания – банда из «Бумера». Гимн "мутного времени" – песня из фильма группы Сергея Шнурова:
Исповедь русского человека, обожравшегося западными мифами…
