Палестинское сопротивление было совершенно особенным, его нельзя было назвать террористическим и нельзя было сравнивать ни с чем, даже с сопротивлением в Афганистане. У отрядов палестинского сопротивления были свои ВМФ — скоростные легкие катера, ВВС, насчитывающие около тридцати болевых и транспортных самолетов, базирующихся на севере Ливана, и даже собственная подводная лодка, подаренная СССР. На территории Ливана, да и вообще везде, где палестинцы жили — они создавали государство в государстве, с параллельной системой управления, со сбором налогов, с вооруженной милицией. Нередко, палестинцы вступали в кровавые конфликты с властями страны пребывания — как в Сирии. О силе палестинского сопротивления можно судить хотя бы по тому, то израильской армии так и не удалось взять Бейрут в восемьдесят втором, не удалось так же зачистить и долину Бека, хотя этот успех делят поровну сирийцы и палестинцы. О накале боев в Бейруте, который когда то называли восточным Парижем говорит хотя бы тот факт, что в начале восьмидесятых Бейрут получил новое название — Сталинград Востока.
Участие Советского союза в делах палестинцев заключалось в том, что СССР поставлял палестинцам оружие и обучал боевиков — в Крыму существовала особая разведшкола, не бездействовал и институт Дружбы народов. В шестьдесят седьмом Израиль не стал продолжать наступление на Египет, потому что премьер-министру показали спутниковые снимки, как готовится к походу Черноморский флот. При этом — сам СССР не получал от сотрудничества с палестинцами никакой выгоды кроме морального удовлетворения и каких-то туманных обещаний относительно того, что будет, когда Палестина будет все таки создана.
В то же время и палестинцы — ориентировались совершенно неправильно. Лобовые атаки по Израилю, террористические акты делали израильское общество только сплоченнее, Соединенным же штатам Америки от этого было ни холодно ни жарко. Они могли продолжать поддерживать Израиль и одновременно ваххабитов, и им за это ничего и никогда не было.
Несправедливо, не так ли?
Встречу с лидерами палестинцев в Йемене советские представители договорились провести там, где ее не ждали. Не в Адене, столице — а в провинции Хадрамут, граничащей с Йеменом, где продолжали оставаться лагеря подготовки палестинского сопротивления. Практика была богатой — с той стороны границы был Оман, единственное государство на Востоке, где британцам удалось выиграть войну с терроризмом и хотя бы частично, в виде военных советников, сохранить свое присутствие. Военные советники были в основном из САС и парашютистов, и когда им было скучно — они ходили через границу пострелять. Чем-то подобным грешили и палестинцы, тем более что граница не была обозначена.
Когда стало понятно, что встреча состоится — для советских подали два вертолета Ми-8 ВВС НДРЙ, оба были старыми и в плохом состоянии — поэтому еще два часа ушло на техническое облуживание и проверку машин, замену некоторых регламентных деталей — здесь про это часто забывали и летали, пока самолет или вертолет не упадет. Несмотря на настойчивость йеменской стороны — экипажи составили из числа русских, летчиков, которые здесь работали и дорогу знали. Оставив несколько человек на аэродроме Адена — остальные погрузились в вертолет и взлетели.
Зима в Йемене — лучшее время года, потому что зимой здесь устанавливается самая потребная для русского человека температура — примерно двадцать — двадцать пять градусов тепла. Но это днем — а ночью это примерно плюс пять на уровне моря, и минус пять в горах, причем, ни в одном йеменском здании нет центрального отопления. Сейчас — уже вечерело (лететь решили с ночевкой, несмотря на то, что знающие люди отговаривали) и салон шумящего и дребезжащего вертолета ощутимо продувало вечерней прохладой…
Палестинский лагерь — он не имел собственного названия, а имел только номер — был расположен у подножья большой горы — но расположен был достаточно грамотно. Вверху — был укрепленный лагерь, в котором была даже четырехствольная зенитка, и в котором постоянно дежурило не меньше усиленного отделения — дозор. Этот дозор с помощью трех установленным в каменных укреплениях пулеметов мог простреливать идущую к лагерю единственную дорогу как минимум на три киломе6тра, а просматривать — на все пять. Четырехствольная зенитка была хорошим средством для того, чтобы британцы по ту сторону границы, и думать забыли о вертолетном десанте. А внизу, у подножья горы — был лагерь, причем в нем был не только стрелковый полигон, не только самодельная десантно-штурмовая полоса — но и палаточный лагерь, где жили семьи тех бойцов, у которых не было другого дома кроме этого. Были и такие и таких было немало.
Несмотря на то, что произошло до этого — советских гостей здесь приняли радушно, даже выстроили что-то вроде почетного караула, что Кади не понравилось — он не любил шума, не любил бессмысленных церемоний. Несколько раздраженно махнув рукой, он сказал встречающей его делегации на арабском.
