Действительно, нельзя было сомневаться в том, что Гуг-гинс был мертв. Руки его, судорожно сжатые, лежали на груди, широко открытые глаза недвижно смотрели в пространство. Бледное лицо было перекошено, ноги упирались в задний конец кровати.
Мистер Крон вместе с официантом вышел в коридор.
— Не поднимайте шума и держите язык за зубами! — проговорил он. — Вы знаете, что этот случай не должен дойти до сведения других гостей и вообще публики, иначе это принесет огромный вред нашей гостинице. Надо немедленно уведомить полицию, чтобы установить, произошло ли здесь убийство или самоубийство. Торопитесь.
Официант побежал исполнять приказание, а Крон тщательно запер дверь комнаты № 234 на ключ. Затем он тоже сошел вниз. Спустя полчаса прибыли полицейский инспектор Мак-Конелл, два полицейских чиновника и полицейский врач.
Они все вместе направились наверх.
Через десять минут по поручению Мак-Конелла был отправлен посыльный к знаменитому сыщику Нату Пинкертону с просьбой приехать немедленно в гостиницу, чтобы заняться этим довольно загадочным происшествием.
Приехав в гостиницу и войдя в комнату № 234 на шестом этаже, Нат Пинкертон услышал, как инспектор говорил:
— Несчастный ограблен этой женщиной! У него не осталось ни одного кольца на пальцах и ни единого гроша в кармане. Но каким же способом совершено убийство?
Нат Пинкертон подошел ближе и спросил:
— Стало быть, речь идет об убийстве?
Все присутствующие почтительно приветствовали вошедшего.
Был сделан подробный доклад о том, когда и как накануне вечером прибыла молодая парочка и как после полуночи дама под вуалью, якобы жена убитого, уехала из гостиницы.
Пинкертон выслушал молча все это повествование, внимательно рассматривая труп, раздетый почти догола полицейским врачом, который тщетно доискивался причины, вызвавшей смерть.
Никто не мог дать подробного описания лица женщины.
— Я удивлялся, что она все время стояла у окна, не снимая пальто, шляпы и вуали, когда я подавал обед! — рассказывал официант. — Но я никогда бы не подумал, что она не показывает лица только потому, что задумала совершить преступление!
— Какой у нее вообще был наружный вид? — спросил Пинкертон.
— На ней было дорогое, длинное, широкое дорожное пальто серого цвета, на голове маленький капот, тоже серый, а лицо было закрыто густой вуалью!
— Но ведь вы слышали ее голос?
— Слышал! Он у нее звонкий, высокий и очень приятный!
— Значит, нет сомнения в том, что этот господин, назвавший себя Гарри Гуггинсом, ограблен?
— Совершенно верно! — подтвердил управляющий. — Когда он вписывал свою фамилию в книгу для приезжих, я ясно видел, что у него на руках было несколько дорогих колец!
— Вы еще не обнаружили причины смерти? — обратился Пинкертон к полицейскому врачу.
— По моему мнению и согласно всем моим наблюдениям он скончался от отравления. Впрочем, вскрытие подтвердит это!
— Так оно и есть: он умер от отравления! — решительно заявил Нат Пинкертон, указывая на несколько крошечных красных точек на кисти одной из рук покойного.
— Вот оно что! — воскликнул полицейский врач. — Я еще не дошел до этого места! И вы полагаете, что это следствие ранения каким-нибудь оружием?
— Взгляните только на эту густую сеть точек, — ответил Пинкертон, — чтобы по ним вывести вполне определенное заключение!
— Но ведь он был вполне одет, так что убийце пришлось бы, чтобы убить его, завернуть ему предварительно рукав, между тем как этого мы не видим. Он заметил бы вовремя, в чем дело; много проще было бы нанести ему рану в другом месте! Во время объятия она могла свободно ранить его в затылок!
— Я уже обратил ваше внимание на то, — возразил Пинкертон, — что крошечные ранки находятся на весьма близком расстоянии одна от другой! Несчастный был убит живым оружием!
— Живым?
Присутствовавшие в изумлении переглянулись, а полицейский врач воскликнул:
— Вы говорите о змее?
Нат Пинкертон кивнул головой.
— Я твердо убежден, что это была именно змея! — проговорил он. — Она заползла ему в рукав и там укусила его! Впрочем, я припоминаю, что несколько недель тому назад произошел аналогичный случай в городе Колумбусе. Там тоже вошли в гостиницу «Вашингтон» господин с дамой, взяли комнату и пообедали. На другое утро господин был найден мертвым и ограбленным, а женщина бесследно скрылась. Там даже не было замечено, что она ушла среди ночи!
— А как было совершено убийство? — спросил полицейский врач.
— Тамошний врач тоже дал заключение об отравлении. Женщина была не в сером, а в черном пальто и тоже была под вуалью, так что лица ее никто не видел!
— И вы полагаете, что тогда и теперь убийцей была одна и та же женщина?
— Наверняка! Это очень опасная женщина, достающая себе средства к жизни убийствами. Я, конечно, приму все зависящие от меня меры, чтобы возможно скорее задержать ее, иначе она погубит не одну еще жертву!
— А расследование убийства в Колумбусе вы не взяли на себя?
— Не мог! Я в то время, вместе с моим первым помощником, находился по неотложному делу в Новом Орлеане и у меня не было времени!
