— Ну что же, читайте! — прошипел он. — Интересно, как это вы разберете то, что там написано!
— Я уже не раз разбирал шифрованные телеграммы, разберу и эту! — отозвался Пинкертон.
Он обыскал карманы Деранды и вынул из них несколько брильянтовых колец. На некоторых из них были выгравированы инициалы, по которым сразу можно было догадаться, что кольца принадлежали Гарри Гуггинсу. Вскоре явились несколько человек полисменов, вызванных хозяйкой. Пинкертон предъявил им свой значок, дал некоторые указания и приказал доставить Деранду в тюрьму.
Сам он остался в квартире, с тем, чтобы произвести тщательный обыск.
Он обыскал все до единого ящика письменного стола и, действительно, нашел массу улик. Между прочим, он нашел также несколько шифрованных телеграмм, из которых одна была отправлена несколько дней тому назад из Нью-Йорка.
— Вот как! — пробормотал Пинкертон. — По-видимому, эта женщина имела обыкновение уведомлять своего сообщника, когда в ее сети попадалась какая-нибудь новая жертва! Она телеграфировала ему, когда прибыла с Гуггинсом в Нью-Йорк, а так как теперь опять имеется телеграмма, то надо опасаться, что она опять заманила кого-нибудь! Надо во что бы то ни стало поскорее расшифровать эту телеграмму!
Но как ни искал, а ключа к шифру Пинкертон не нашел в письменном столе. Обыск прочей мебели тоже не дал результата.
Пришлось попытаться расшифровать телеграмму без ключа.
Пинкертон знал несколько систем условных шифров, но как раз в данном случае ни один из них не оказался подходящим. Шифр был составлен весьма умно и разобрать его было нелегко.
Час проходил за часом, а Пинкертон все еще не находил разгадки тайны.
Было уже около десяти часов вечера, а Пинкертон все еще работал, напрягая всю силу своей энергии. Он перебрал всевозможные системы, но ни одна не подходила.
Он сидел в глубоком раздумье, бесцельно уставившись на телеграмму, как вдруг какое-то откровение осенило его и он более чем легко открыл тайну шифра. Оказалось, что он слишком серьезно взялся за дело, когда разгадка была много проще. От радости Пинкертон чуть не подпрыгнул.
Телеграмма содержала следующее сообщение:
А телеграмма, полученная несколько дней тому назад из Нью-Йорка, гласила следующее:
Как только Пинкертон разобрал обе телеграммы, он быстро вышел из квартиры испанца и побежал к ближайшей стоянке автомобилей. Там он сел в один из них и крикнул шоферу:
— Уплачу вам тройную цену, если вы меня, с возможно допустимой быстротой, доставите в Аллегейни, в гостиницу Унион!
— Через полчаса мы будем там! — отозвался шофер.
Автомобиль с быстротой молнии помчался по улицам Питтсбурга, затем через реку Аллегейни в город тдго же названия, расположенный на другом берегу реки.
Шофер сдержал свое обещание.
Спустя полчаса автомобиль остановился у подъезда гостиницы. Пинкертон бросил шоферу деньги и вбежал в вестибюль.
Ему навстречу вышел швейцар и спросил:
— Что вам угодно?
— Я Нат Пинкертон из Нью-Йорка! — торопливо ответил сыщик. — Я должен арестовать у вас в гостинице опасную преступницу!
— Преступницу? — изумился швейцар. — Ради Бога, как она могла попасть к нам?
— Сегодня вечером к вам прибыл некий господин с дамой! Дама была в дорожном пальто и под густой вуалью!
— Совершенно верно! Они производили очень солидное впечатление!
— Вот их-то мне и нужно!
Пинкертон призвал с улицы полисмена, назвал ему себя и произнес:
— Идите со мной, помогите мне задержать опасную преступницу!
Управляющий гостиницы пришел в отчаяние, но не посмел возражать, услыхав имя знаменитого сыщика.
— В какой комнате они находятся? — спросил Пинкертон.
— В комнате № 35 на втором этаже.
— Поднимемся туда!
Прибыв на второй этаж, Пинкертон подбежал к указанной комнате, постучал в дверь и крикнул:
— Мистер Бертон, откройте! Вас немедленно желают видеть!
Ответ последовал не сразу, но когда Пинкертон постучал еще раз, послышался женский голос:
— Очень жаль, мы открыть не можем! Приходите завтра!
По голосу слышно было, что женщина сильно перепугалась.
— Отворите немедленно! — крикнул Пинкертон. — Для мистера Бертона пришло важное известие!
— Нет! Ни под каким видом мы не откроем! — послышалось в ответ.
— Почему мистерт Бертон сам не отвечает?
— Он лежит уже в постели, ему нездоровится!
Нат Пинкертон обернулся.
Он был мертвенно-бледен.
— Я боюсь что опоздал! — сказал он. — По-видимому, мистер Бертон уже убит!
Так как дверь была заперта изнутри на засов, то взломать ее было трудно и это отняло бы много времени.
— Свободна ли комната на третьем этаже, расположенная прямо над № 35-м? — спросил сыщик.
— Свободна, — ответил управляющий.
— Какой это будет номер?
— Сорок седьмой!
