Глория кивала, как будто думала так же. Руслане удалось перетянуть ее на свою сторону. И против нее в этой партии играл один Лавров.
– Но на вас никто не напал, – угрюмо констатировал он. – Убийца позволил вам убежать. Не потому ли, что он был вашим сообщником?
– Что вы… нет… Мне никогда не было так страшно! Я не помню, куда бежала в темноте… как оказалась в развалинах… я забилась в угол и просидела там до рассвета… никак не могла согреться…
– У вас в сумочке есть мобильный телефон? Вы могли бы вызвать полицию.
– Телефон остался в номере…
– Разрешите? – Он протянул руку к ее сумочке.
– Рома! – одернула его Глория.
Однако Руслана без возражений протянула ему сумку и позволила вывалить содержимое на сиденье. Косметичка, таблетки, презервативы, початая пачка сигарет, жевательная резинка, кошелек, разные женские мелочи… все что угодно, кроме телефона.
– Вы курите?
– Иногда… за компанию…
Глория слушала с напряженным видом. Слова блондинки о странных звуках в номере не давали ей покоя.
– Войдя в спальню за бутылкой, вы слышали шуршание? – обратилась она к Руслане.
– Не помню… когда я увидела Макса, у меня все отшибло, и мозги, и слух…
– Как он был убит? Застрелен? Удушен? Отравлен? – осведомился Лавров, складывая вещи обратно в сумочку. – Или его зарезали?
– Не знаю…
– На теле были какие-нибудь видимые повреждения? Огнестрельная рана, например? Торчащий нож? Удавка на шее?
– Только кровь…
– Ладно, – терпеливо кинул Лавров. – Как выглядел труп?
– Ужасно…
– Это понятно. Подробнее.
– Он был укрыт простыней… по пояс, кажется…
– Вы заметили следы борьбы, сопротивления?
Руслана подумала и отрицательно мотнула головой.
– Значит, Ордынцев спокойно дал себя прикончить? Так получается?
– Он же спал, – напомнила Глория.
– Да, – подтвердила блондинка. – Он спал очень крепко. И… теперь уже никогда не проснется…
Она заплакала, вытирая слезы концом полотенца.
– Ни черта не понимаю! – взорвался начальник охраны. – Ни черта!
Руслана зарыдала в голос, вздрагивая всем телом. Глория подала ей воды. Но та отказалась.
– Вам грозит обвинение в убийстве, госпожа Смолякова, – безжалостно заявил Лавров. – А вы тут комедию ломаете перед нами! Не хотите говорить правды – я сдам вас полицейским. Пусть они разбираются.
– Я не убивала-а… – захлебывалась рыданиями блондинка.
– Кто вам поверит? В момент смерти любовника вы находились в номере. Потом сбежали, а Ордынцева нашли на кровати мертвым. Там небось полно ваших отпечатков, волос и прочих следов. Вы получите срок.
– Я не виновата… помогите мне… Я сама ничего не понимаю!
– Номер был закрыт изнутри?
– Не помню… Я не закрывала… ключ был у Макса…
– Бывало такое, что он забывал запереть дверь?
– Обычно он следил за этим… но… в тот вечер он был сильно возбужден…
Она чуть не брякнула про вазу, но вовремя прикусила язык. Вазу сюда вмешивать не стоило.
– Предположим, Ордынцев по рассеянности не запер дверь на ключ… тогда любой мог войти в номер и убить его.
– Да… да! – обрадовалась Руслана. – Но… я не слышала, чтобы кто-нибудь входил.
– Вы могли задремать.
– Я не спала! У меня нервы разыгрались…
«Она сама роет себе яму, – удивился Лавров. – Видно, правда мозги отшибло!»
– Что вы собирались делать дальше, после того как сбежали из отеля? Сидеть в развалинах до второго пришествия?
Блондинка, глотая слезы, сделала отрицательный жест.
– Я попробовала выйти… попала под ливень, промокла и… меня чуть молнией не убило! Пришлось вернуться обратно в подземелье. Я боюсь грозы! Я всего боюсь… даже вас… Я не знаю, кто вы. Не знаю, кто убил Макса…
– Мы ведем частное расследование, – еще раз повторил Лавров. – Нас наняла… супруга покойного.
– Ирина?
– Она самая. Госпожа Ордынцева заподозрила мужа в неверности и решила проверить, так ли это. Мы выполняем ее поручение.
Глория делала ему знаки замолчать, но его понесло. Надо же было как-то мотивировать свое поведение.
– Мы обязаны предоставить клиентке доказательства измены Ордынцева, для развода, – заявил он. – Так что вы поторопились, Руслана. Будь ваш любовник жив, он мог бы стать свободным и жениться на вас. А теперь… я вам не завидую.
– Боже! – простонала блондинка. – Мне конец! Ирина сделает все, чтобы засадить меня в тюрьму.
– Полагаю, вы совершенно правы. Изменник мертв, разлучница за решеткой. Чем не достойный финал семейной драмы?
– Вы не можете так поступить со мной… – стенала Руслана. – Не можете! Я вам доверилась… я… во всем призналась…
– Вы лжете! – отрезал Роман. – И преграждаете себе путь к спасению. Мы не желаем вам зла. Наша задача – раздобыть доказательства супружеской измены – потеряла актуальность в связи со смертью Ордынцева. Но мы намерены получить от вдовы свои деньги. Ваша дальнейшая судьба зависит от нас. Мы можем отпустить вас… и даже помочь скрыться. А можем отдать на растерзание полицейским и местной прессе.
– Я все рассказала вам… зачем вы меня пугаете?
– Не все, – вмешалась Глория. – Кое-что вы утаили…
Блондинка переводила безумный взгляд с женщины на Лаврова и обратно. Она не понимала, чего от нее хотят эти двое.
