Итак, уничтожить 30 миллионов. Убить их напрямую, через репрессии, войны, геноцид — сложно. Может возникнуть много нестабильных, неконтролируемых ситуаций извне и внутри страны. К тому же полное бессилия российское общество не склонно к такой непримиримой жестокости. Сейчас процесс уничтожения идет с помощью методов тотальной люмпенизации, наркоторговли, обнищания, бесправия, потому что все эти намеренные программы можно списать на экономику, «кризис» и «трудное наследство прошлого». В Европе это поймут, ведь все же ради демократии и либерализма. Но этот процесс получается довольно длительным. Накормить такую «ораву» — 30 миллионов — дело сложное и тоже длительное.
Теперь, что касается 3 миллионов. Для России замочить их — это тьфу! И неважно, кто это: цари, интеллигенты, банкиры, олигархи, аристократы — всё мясо. Важно лишь, ради какой цели. Да, накормить 3 миллиона несложно и быстро, но и уничтожить вполне реально за год за два.
В принципе и те 30 миллионов приговоренных, и 3 миллиона земного эдема уже принесли пользу государству и обществу. Одни тем, что все вытерпели и еще стерпят, другие тем, что составили часть этого государства, как аппарата. Но ведь страна должна жить с перспективой? Если накормить 30 миллионов этих обездоленных, то они создадут новое поколение, обеспечат государство достаточными социальными ресурсами для решения исторических задач, противостояния трудностям. 3 миллиона не родят 30 миллионов. И те, кого они умножат — это едоки, а не труженики. Мать землица им чужда. А если война, то разбегутся по цивилизованным норам как крысы, и государство будет разрушено, общество порабощено. Либо Возрождение, либо конец — государству и обществу выбирать. Кто-то скажет, но ведь кроме 30 миллионов есть еще много миллионов. Да — но эти 30 миллионов более послушны и покладисты, готовы трудиться, и надо-то им немного — в два раза больше чем у них сейчас, чтобы не деградировать и обрести веру в будущее. А потребности 3 миллионов практически неограниченны. Захотят ли оставшиеся их удовлетворять? Врагов у России меньше не станет, а вот людей останется в 2 раза меньше. Трем миллионам все равно — они «граждане мира», а оставшимся не приговоренным следует подумать о том, что будет с ними…
У приговоренных тоже есть свой выбор. Если вас власть приговорила к вымиранию, то можно выбрать два пути: смерть в борьбе — это быстрый способ, или смерть от нищеты и рабства — это долгий способ. Оба могут быть мучительными. Но первый может помочь перевернуть все в обратную сторону и даже дает шанс выжить и победить. Второй — это лишь безысходность. Поэтому помните, приговоренные статистикой на вымирание, — вы не сами вымираете, вас уничтожают: не экономические законы, демография, социальные теории, алкоголизм, а такие же, как вы люди, которые решили, что они достойны жить, а вы — нет. Надо начинать принимать ответные решения.
Конечно, найдутся и те, кто спросят: возможен ли компромисс? Со стороны народа ответ таков: нам пока что не для чего жить, но мы не настолько хорошие люди, чтобы добровольно избавить, вас господа, от бренности нашего существования.
Что тогда нам, русским, остается понять исходя из нынешней социальной ситуации? Что для нас, для народа, для большинства, для русских сегодня тогда есть родина? То, что нам внушают как «родину» нынче — пошлое и затертое до сальных дыр понятие. Весь заржавевший бред о подвигах предков и священном долге, который вдалбливают в головы молодежи, остался в прошлом. «Прошлая родина» залежалась, подгнила и протухла. Но наша земля остается пока еще нашей. Наша Родина здесь и сегодня, а не вчера.
Родина — это не там, где ты родился, а там где ты чувствуешь себя хозяином. Родина — это не те, кто ей управляет, а те, кто ее сохраняет, бережет.
Тем, кто может попасть в новую войну глупо чтить заслуги тех, кто воевал до них. Новая война — новые заслуги. Заслуженные уже ничем не помогут.
Многие сегодня пытаются утрировать Россию — тот, кто в ней родился, не может и не должен себя утрировать.
Все что у России есть, у нее есть. Все чего нет у соседей России, у них нет, и не будет. Непонятно поэтому высокомерие ее соседей — то, чего им не хватает, может прийти к ним только с Россией. России и ее соседям делить нечего, кроме глупых амбиций, подогреваемых непомерной алчностью банды ублюдков и врагов.
Россия была главной, остается главной, и будет главной в своем регионе. Если этого не будет, то соседям, в общем-то, не на что будет рассчитывать. Их будущее печально — они не научились еще быть сильными.
У нас есть только наша земля, и слово «наша» — святое слово. Ее уже давно поганят враги. У врагов, как и у любой группы людей или народа нет лица, но есть имя. Не конкретное имя человека, но его самая главная сущность — его национальность. Иностранец ничего не может сделать плохого нашей земле своим созидательным трудом и проживанием на ней. Но если он захочет «наше» сделать «своим», то он становится страшным врагом. Он хочет иметь и быть не просто человеком, а господином.
