У русских никто ничего нынче не просит. У них только требуют. Требуют, чтобы поставить на колени, не боясь, что сами падут ниц перед силой. А раз ничего не просят и не боятся, значит, не будут просить милосердия и пощады.
Вы не согласны с тем, что русские должны быть хозяевами своей страны, вы не хотите Возрождения Великой России, вам не нравится русский язык, русские обычаи, русский характер, вы не переносите и не терпите всего русского. Кто вы для русских в таком случае? У вас одно имя — «враг». Логично тогда спросить: почему вы тогда требуете, чтобы русские прислушивались к вам? Терпели вас?
Если можно не любить русских, значит можно не любить и не русских. Кто отделяет русских от себя, тот разрывает мир на противоположности. Путь к войне. Любовь там, где любят, уважение там, где уважают. Русские не поборники безответной любви и уважения. На нет и суда нет.
Все кто тысячу или сотни лет жил с нами и созидал во имя единого дела, не взирая на свою идентичность — наши братья.
Те же, кто злоупотребляет своей национальной исключительностью в частных и паразитических целях — враги: они гнушаются русского языка, кичатся местечковым клановым превосходством, презирают через спесь своих обычаев. Самые опасные из них лицемеры — те, кто улыбаются в лицо и поют «гуманную песенку дружбы», а в душе и делах вредят и сеют вражду и террор.
Русский для других народов России — старший брат, а не главный раб.
Трудно воспринимать без боли и уныния современное духовное состояние русского народа — бессилие, истощение, безнадежность, особенно в сравнении с духовным подъемом самосознания малых народов и диаспор современной России: они выглядят энергичными, цельными, сплоченными в отличие от разрозненного русского общества. Но не стоит забывать какие исторические бури выпали на долю русских в последние сто лет — сказывается пассионарная усталость. Однако важно понимать, что, несмотря на веру в традицию и живые природные инстинкты, нацменам в их экспансии еще только предстоит пройти все испытания, все невзгоды большой политики, все пороки большой экономики, большого города, все разрушительные процессы традиционного общества при переходе в индустриальное и постиндустриальное. Самое сложное русские люди уже пережили, накопили огромный опыт цивилизации, особенно экстремальный. Сейчас слабость русских в значительной степени помогает всем чуждым экспансивным силам, но им необходимо осознать, что нынешняя слабость русского народа, это их завтрашняя слабость. Русская земля — суровая земля. Пока русские держат на себе всю эту суровость и тяжесть. Русским предстоит переоценить свой опыт и свою жизнь, определиться, кто им друг, и кто враг. Это необходимые решения и события переломной эпохи. Кризис либо убивает, либо организм народа найдет скрытые резервы для восстановления и борьбы. Это трудный путь. Но и врагам России не позавидуешь — они обязательно будут побеждены. Так свидетельствует историческая русская суровость и правда. Летопись гласит, что Россия много раз была разрушена, но возрождалась как птица Феникс. В этом горниле растворилось бессчетное число народов и врагов русских, а русские все еще живы. Их сто с лишним миллионов — больше, чем население любой европейской страны. Русским предрекают сокращение народонаселения и вымирание по экономическим причинам. Но и для процветающей Европы прогнозы тоже не слишком радужные. Пора Европе и ее народам и правительствам взвесить мир, в котором они существуют: на одних весах будет Европа, на других Азия. А весы — это Россия. Необходима солидарность, а не взаимное пожирание европейцев (а русские тоже европейцы) друг друга.
