На лице Георга явственно отразилось презрение. Он посмотрел на сына сверху вниз и коротко бросил:
- На колени, - а потом отвернулся и больше не смотрел в его сторону.
Дамиан не то что встал на колени - рухнул в пыль и больше не поднял головы.
В этот момент мне даже стало жаль принца, строил-строил свой план-месть, а он взял и так легко провалился...
Император Георг тем временем повернулся ко мне, пробежал взглядом с головы до ног и усмехнулся.
- Отличная речь, ваше величество. Слышал почти всю.
- Мне тоже понравилась, - признался я с нервным смешком.
- Освободить, - приказал император и отъехал чуть в сторону, чтобы не мешать солдатам.
- Все-таки Эридан... Какой же я осёл! - ахнул Дамиан, и снова замолчал с видом обреченного под брошенным на него взглядом отца.
Осёл, это еще мягко сказано. У меня, например, было припасено множество совсем нелицеприятных названий для этого типа. Но я сдержался, раз уж меня спасли, нужно снова следить за своими словами и помнить о дипломатии.
Пока мне помогали спуститься вниз и развязывали руки, я все еще пытался поверить в реальность происходящего. Так не бывает, так не везет, еще пара секунд, и... Но, видно дуракам действительно везет.
В этот момент я поднял голову и увидел всадника, приехавшего вслед за императором. Мои губы непроизвольно растянулись в улыбке, и я сам чуть было не рухнул в пыль, как Дамиан, только от облегчения. Нет, дуракам не просто везет, иногда у них еще есть друзья, которые их не бросят, несмотря ни на что.
Рейнел подмигнул мне. Я в ответ усмехнулся. Вот что значит много брать на себя и недооценивать других. Гердер понял, кто стоит за моим пленением, и не стал делать глупостей, как я опасался, а поступил наиболее мудро, как вообще можно было в сложившейся ситуации, - отправился напрямик к императору и попросил помощи.
Дружище, я тебя обожаю!
- Ваше величество, - Георг снова привлек мое внимание к себе, - перед своими подданными я приношу извинения за действия моего сына и заверяю, что он будет наказан по всей строгости. Дальнейшее предлагаю обсудить в моем замке.
- Я принимаю извинения, - ответил я официальной формулировкой. - И зла не держу.
Император чуть смежил веки, довольный, что я не стал впадать в крайности и сыпать обвинениями.
- В таком случае, приглашаю вас к себе, - Георг обернулся вполоборота: - Коня и плащ его величеству Эридану Караденскому!
Уже взлетая в седло, я заметил ошарашенные взгляды Нюси и ее семьи.
- Король, надо же, король, - почти беззвучно произнес Харес.
Мне хотелось смеяться, наверное, нервное, но я сдерживался из последних сил. Помахал персонально Нюсе, и тронул коня вслед за императором.
5 глава
Путь от деревни до императорского замка занял около двух часов, так что я успел и успокоиться, и подумать. Правда, первые полчаса меня еще немного трясло и пробивало на нервные смех, но потом мне все же удалось взять себя в руки.
Я ехал рядом с императором Георгом, как его почетный гость, Гердер позади нас, а вокруг со всех сторон солдаты, наполовину почетный эскорт, наполовину охрана. Мне выделили теплый длинный плащ, и теперь я не пугал окружающих своим оборванным видом, вполне соответствуя венценосному обществу.
Принц за нами не поехал, и мне оставалось лишь гадать о его дальнейшей судьбе.
Признаюсь, Дамиан вызывал у меня двойственные чувства. С одной стороны, я испытал некое садистское удовлетворение, когда виновник моих бед был прилюдно опозорен и поставлен на колени. С другой - мне не давала покоя мысль, что так поступил с ним его же собственный отец. Несмотря на то, что принц сам во всем виноват и первым выступил против императора, для меня казалось диким и неправильным, что отец отнесся к сыну как к обычному подданному. Пусть я рос без отца, но мама меня очень любила, а в голосе умирающего короля Лергиуса я слышал любовь и нежность по отношению к своему ребенку, и хотя я не был его настоящим сыном, для меня это было не менее важно. Может быть, у меня просто идеалистическое представление о семье, но поступок Георга упорно не желал укладываться в голове. Но было ли такое поведение частью личности самого императора или же данью местных традиций, я не знал, а потому держал свое мнение при себе.
Мне хотелось поговорить с Рейнелом и узнать все подробности того, как он оказался в такой компании, выяснить, где остатки нашего отряда, и остался ли вообще хоть кто-нибудь из них в живых, потому как Гердер был один, и я напрасно первые несколько минут крутил головой в поисках знакомых лиц. Но все разговоры с другом пришлось отложить, так как отказаться от чести ехать бок о бок с самим императором было бы верхом грубости и признаком неуважения с моей стороны.
Сам Георг молчал всю дорогу, иногда закрывал глаза, подставляя лицо под теплые лучи осеннего солнца. Это лицо казалось полностью умиротворенным, плечи расслаблены, и ничто не указывало на то, что недавняя некрасивая сцена с его сыном хоть как-то на него повлияла. Император не выглядел даже немного расстроенным, более того - был совершенно равнодушным.
