Продолжение романа "Науа-Ацтек". В конце первой книги Освальд Точтли, где-то и кем-то уважаемый человек, ушёл на деревянном паруснике прямиком в Европу. Вот с этого момента мы и стартуем.
Каравелла «Святая Исидора» причалила в порту, но это не вызвало особого ажиотажа.
Потому что в Европе, чего не знал Ос, уже вовсю буйствовала новая чума.
Грипп, принесённый из Нового Света месяцы назад, сеял смерть уже, практически, по всей Европе. Больше всех страдали густонаселённые города, где вирус распространялся со скоростью молнии.
Трупы некому было убирать, поэтому они, повсеместно, гнили в домах и лесах, как, относительно недавно, это происходило в Мезоамерике.
Но Ос не знал, поэтому сошёл на пирс и удивлённо оглядывался.
Пирс был пуст. Никаких торговцев, грузчиков и моряков. Лавок тоже нет, рыбой не воняет, хотя даже в Мексике, в прибрежных поселениях отоми, всегда воняло рыбой, которую отоми уважают не меньше, чем европейцы.
– Что здесь происходит? – вслух спросил он.
– Непонятно, – пожал плечами вышедший следом Альваро Монтес Мурильо.
Это был один из немногих пленных испанцев, которого Ос решил взять с собой.
Родом он из северо-восточной Испании, конкретно из Барселоны. Волосы каштановые, веселые карие глаза задорно смотрят из-под густых бровей. Черты лица правильные, но есть несколько небольших колотых шрамов на правой щеке, а также давний пороховой ожог в районе шеи – следствие разрыва аркебузы. Носит свою фирменную бородку-эспаньолку – объект гордости и неусыпной заботы.
– Здесь должно быть полно испанцев, – недоуменно произнёс Освальд. – Что происходит?
Абордажная команда, то есть группа воинов-отоми, взятая Осом с собой, заняла оборону на пирсе.
Альваро всмотрелся в окна домов.
– А-а-а, теперь понял, – произнёс он. – Чума.
– Чума? – переспросил Ос недоуменно.
– На дверях отметки, – указал испанец на ближайшее здание. – Только нас бы не пустили к причалу, будь тут карантин.
Освальд, в своё время, мало интересовался историей, о чём сильно жалел. Именно поэтому он узнал о том, что в Европе десятилетия назад бушевала бубонная чума, от пленных испанцев. Нет, что-то такое он раньше слышал, но никогда не заострял на этом внимания.
Старик Пабло Риос Корреа рассказывал, что тогда погибла, почти что, вся Европа. В Кастилии проповедники пророчили конец света, а власти не знали, какой шаг предпринять. Феодалы заперлись в своих замках, а простой люд эмигрировал и умирал, так как чума была везде.
Страшное время, которое, судя по всему, вновь вернулось.
– Маски, – приказал Освальд. – Обтирать руки антисептиком каждые тридцать минут и после любого контакта с предметами.
Чума вносила свои коррективы в его планы.
Изначальная его задумка включала в себя знакомство с влиятельными лицами, чтобы, с помощью их алчности, начать шатать ситуацию в Кастилии и Леоне, что, теоретически, способно отодвинуть планы по экспансии в Новом Свете на десятилетия. Бесценные десятилетия.
Но, судя по всему, испанцам и так не до Нового Света…
– В боевую формацию, – приказал Освальд. – Идём к ратуше.
В каждом мало-мальски крупном городе есть ратуша. И в Виго она тоже была: высокая башня с сигнальным колоколом отлично видна из порта.
По мере продвижения по центральной улице, Ос видел всё больше и больше признаков того, что в городе действительно эпидемия.
Трупы горожан кто-то складывал в кучи, но затем перестал. Один из покойников привлёк внимание Оса. Подходить ближе не хотелось, но нужно было удостовериться.
Вирусолог и бактериолог из него аховый, но некоторые болезни, по внешним признакам, он определить всё же может. Например, он отлично различает оспу, корь и грипп. Бубонная чума «славится» бубонами, которые возникают на теле её жертвы. Пусть Ос никогда не видел бубонов, но вряд ли их можно перепутать с оспенными струпьями или коревыми высыпаниями.
Решившись, он подошёл к телу молодого мужчины поближе и внимательно его рассмотрел.
– Твою мать… – прошептал он.
Синее лицо, засохшая кровавая рвота на лице, особо синие ноги – это грипп. Парень захлебнулся собственной кровью, выкашляв свои разрушенные лёгкие.
Жуткая картина мучительной смерти наблюдалась на остальных трупах, в изобилии лежащих на улице города Виго.
– Это не чума, – сообщил Освальд Альваро. – Это грипп, который обогнал нас и достиг Европы.
– Ужас… – прошептал Альваро.
Воняло тухлятиной. Пусть на улице не так тепло, как оно бывает летом, но температуры уже плюсовые, поэтому трупы гниют. И смердят.
От раскрытия причин эпидемии планы менялись, но не кардинально. Освальд решил, что надо обдумать всё, как следует, но чуть позже, в более спокойной обстановке.
В окнах окружающих домов виднелись худые лица. Горожане голодали, но не рисковали покидать свои дома.
Городская площадь была свободна от тел, а у входа в ратушу стояла небольшая группа вооружённых людей.
– Стойте, во имя Бога! – вышел вперёд усатый пожилой мужик в стальной кирасе и шлеме-морионе. – Вы кто такие?
– Мы прибыли издалека, – заговорил с ним Освальд.
