Нас поздравляют с победой, вручают памятные магнитики и сбрасывают фотки. Оказывается, нас снимали, а я даже не замечала. Последний кадр, на котором мы с Демой крепко обнимаемся, попадает прямо в сердце. Сохраняю его в избранное, чтобы не потерять.
– Спасибо. Это было круто! – пищу от восторга и висну на шее Демьяна. Он позволяет, сегодня мне вообще все можно.
– Пожалуйста, – обнимает крепче. – Голодная? Я бы перекусил. Или можем взять навынос из кафешки, – он кивает в сторону французского ресторанчика. Я ни разу там не была, все никак не дошли с Дианой, но по отзывам место хорошее.
– У нас еще что-то в программе? – удивленно смотрю на него, а после мой телефон в очередной раз заходится трелью. Мне пришлось выключить звук, потому что мама звонила трижды и написала два сообщения с вопросом, когда я вернусь. И вот опять. Вздохнув, принимаю вызов и подношу телефон к уху. – Да, мам. Что-то случилось?
– Ты не отвечаешь мне, я волнуюсь.
– Мы были на квесте. Все в порядке, – этот пробудившийся интерес меня злит. Дема гладит мои плечи, успокаивая. Он, наверное, тоже удивлен. Выглядит как спланированная диверсия. Мы почти как те самые подружки, когда одна звонит второй, чтобы спасти с неудачного свидания. Вот только у меня все хорошо, и мне не требуется спасение. А немного свободы не помешало бы.
– Когда ты вернешься?
– Не знаю. Мы еще хотели зайти в кафешку поесть. Мам, ты очень подозрительная. Все хорошо? – неудобно перед Демой. Мама моя в нем души не чает, на всех вечеринках нахваливает, а теперь ведет себя странно.
– Да. Просто не задерживайся, ладно? Тебе завтра в университет и на тренировку.
Как будто бы в первый раз!
Хочу прорычать в трубку, но только закрываю глаза и глубоко дышу. Я не буду ей это говорить, не сейчас, иначе поссоримся. Может, у нее случилось что-то, но она не успела рассказать до того, как я ушла? Нет, вряд ли. Я целый день дома, сегодня выходной. Если бы хотела, давно бы сказала все.
– Ладно. Целую, мам, – бросаю напоследок и отключаюсь. Хорошее настроение растворяется моментально, я даже не успеваю ухватиться за его хвост. Только растерянно смотрю по сторонам.
– Ну чего ты нос повесила? – Дема поддевает пальцем кончик моего замерзшего носа.
– Не знаю. Мама сама не своя. Когда я уходила, напомнила про тренировку, сейчас тоже. Еще сказала, чтобы я не задерживалась. Я ничего не понимаю, Дем. Она раньше не была такой.
– Может, волнуется за тебя? Когда там твой смотр?
– Через три недели.
– Тем более. Мой батя держал меня в ежовых рукавицах перед турнирами, – отзывается буднично. Виновато поджимаю губы. Я все еще не отпустила ситуацию до конца в отличие от Демьяна. – Предки наконец на твоей стороне, радуйся.
– Ладно, – соглашаюсь, вздыхая. – Она просто никогда так раньше не делала, выглядит как неуместный контроль.
– Забей. Всего три недели, и это закончится, – подмигивает мне и целует посреди улицы, наплевав на холод и прохожих, которые и так на нас смотрят. Я растворяюсь в нежных касаниях. Дема целует ласково, но ладони, что лежат на моих щеках и шее, держат крепко. Впускаю его язык, робко касаюсь. Под пальто все дрожит от предвкушения. Горячая волна плавно проплывает по телу и останавливается внизу живота. Как и вторая, и третья за ней. Я дышать забываю, уже сама целую, не замечая ничего вокруг. Еще, еще. Язык, губы, и по новой.
Демьян останавливается первым. Утыкается своим лбом в мой. Пар из наших ртов вырывается и, смешиваясь, растворяется в воздухе. Я глажу Демины щеки, он, прикрыв глаза, улыбается, смакуя ласку. Мы на каком-то запредельном уровне нежности. Как в сказке. Так не бывает, и я все жду подвоха, но его попросту нет.
– Пойдем, накормлю тебя чем-нибудь сладким. – Он переплетает наши пальцы и ведет в сторону кафе, где в больших витринных окнах призывно мигают огоньки.
Третий день я хожу на пары одна. Третий день губы пекут от поцелуев, которыми Демьян награждает меня в машине, когда привозит в университет. Он не ходит, Сидоренко после защиты проектов предложил Деме пройти практику в прокуратуре, и Дема согласился. От такого не отказываются. Правда, был один минус – пришлось пожертвовать занятиями, потому что начать нужно незамедлительно.
Домашку я теперь стабильно делаю за двоих, еще и лекции пишу с особым усердием, чтобы Измайлов сильно не выпал из учебного процесса, хотя ему, кажется, все нипочем. Он из любой ситуации найдет выход. Когда закрывается одна дверь, открывается другая. Это точно про жизнь Демы. Он так восторженно воспринял приглашение, что мы даже не говорили о рисках – только о возможностях, которые откроются перед ним.
Сегодня закончил раньше, еду за тобой.
Перечитываю сообщение и улыбаюсь. У нас только третья пара закончилась, осталась последняя, но там физкультура, на которую я не хожу, потому что защищаю честь универа на городских соревнованиях.
