– И что, мам? Мы, может, расстанемся через неделю, к чему все эти вопросы! И вообще Дема знает, что я собираюсь пройти отбор и уехать. Я не скрываю от него ничего. Хватит на меня давить, пожалуйста. Мне было гораздо спокойнее, когда вы с папой не интересовались ничем в моей жизни, кроме учебы.
За негодованием я пропускаю тот момент, когда мама оказывается рядом и берет мои руки в свои. Вздрагиваю. Она теплая, а у меня пальцы ледяные после улицы.
– Прости, родная, ты просто такая… счастливая сейчас. – Она улыбается, но я не чувствую радости – меня окутывает печалью. В глазах печет так сильно, что моментально текут слезы.
– Это разве плохо? – всхлипываю.
Мама осторожно смахивает слезинки со щек и заправляет мои растрепавшиеся волосы за ухо. Меня будто прорвало – не могу остановиться и уже натурально реву. Моментально становится жарко, кожа покрывается испариной.
– Это прекрасно. Я просто не хочу, чтобы ты жалела потом, когда будешь уезжать с разбитым сердцем. Или и вовсе не уехала из-за парня.
– Мне теперь запереться в четырех стенах, мам? – Убираю ее руки, сама вытираю слезы. Не понимаю, к чему весь этот разговор. Родительские переживания? Очень они странные. – Лучше просто поддержи меня, ладно? Так мне будет легче со всем справиться. Спокойной ночи, – резко развернувшись, сбегаю к себе в комнату и там тихонько реву, читая сообщения от Демы, в которых он откровенно пишет, как сильно я ему нравлюсь.
Сегодня день икс.
День, в который я должна показать, на что способна. Никаких поблажек, никакой халтуры – только результат упорной работы. Последние три недели выжали меня на полную. Я почти не вылезала из зала, дремала на учебе, а по ночам засыпала на плече Демьяна. С мамой мы почти не общались. Вроде бы и помирились, даже поплакали вместе, сидя в гостиной, но холодок между нами так и остался. Мне обидно, конечно, мы все-таки самые близкие родственники. Пока что запрещаю себе об этом думать и направляю все свои силы на подготовку к матчу.
Вчера вечером мы познакомились с представителями испанского клуба. Нас с Есей пригласили на ужин в модный ресторан. Пришлось купить платье, Дема возмущался, спрашивал, точно ли я иду просто на ужин, а не на свидание. Пришлось пообещать, что он сам снимет с меня это платье. Так и получилось. Он забрал меня после встречи, которая, к слову, прошла идеально. Мне сделали кучу комплиментов, Еся скромничала, поэтому осталась в тени. Я пыталась тянуть ее за собой, но в какой-то момент перестала – мы ведь конкурентки, нельзя уступать место, которое могу занять я, другой.
Пабло и Уго четко дали нам понять, что их не интересует победитель. Они будут смотреть на технику и отслеживать морально-волевые качества. А значит, прогнозировать вообще невозможно. Последнюю неделю тренировочные матчи оставались за мной. Не то чтобы меня это расслабило, скорее, вселило уверенность, что я смогу победить и в день матча.
А теперь и близко этого нет.
Я сегодня прогуливаю пары, потому что смотр в обед. Одногруппники пожелали удачи. На матч не пускают никого, чтобы не отвлекали. Мы просто проведем тренировку по обычному распорядку. Я даже не знаю, это хорошо или плохо. Вроде бы для нас стараются создать не стрессовые условия, но волнение запредельное.
Тело дрожит, пока я тяну мышцы. Нервы ни к черту. Взгляд то и дело скользит по пустым трибунам. В випке сидят испанцы, рядом с ними тренер. Он что-то рассказывает, показывая на нас. Стараюсь не думать об этом.
Еся подбадривает меня. Я поддерживаю ее. Конечно, я расстроюсь, если не пройду. Но за Есю буду рада так же, как и за себя. Она самая достойная из всех, поэтому никаких сомнений в том, что это место по праву такое же ее, как и мое.
– Удачи, – желаю искренне Есе. Вообще мы обменялись пожеланиями еще в раздевалке. Даже обнялись. В спорте ведь нельзя иначе. Да, мы ограничены кортом и правилами игры, но после матча начинается другая жизнь, в которой нужно уметь сосуществовать и не злиться на каждого соперника. Поэтому пожимаем руки и даже обнимаемся. Мы ведь все время вместе, ходим на одни и те же тренировки, как не общаться?
– И тебе, – подмигивает она и, поправив гольфы, выходит на корт.
Мы разминаемся в облегченном режиме, больше красуемся. Ну а как не показать себя со всех сторон? Это тренерская установка. Конечно, в последние пять минут жестим и отрабатываем по полной, но нам важно выложиться в матче, а пока можно немного повеселиться, тем более играет музыка, которая тоже заряжает.
После окончания разминки начинается серьезная игра. Подает Еся, я в приеме. Адреналин искрит, я заряжена на двести процентов. Азарт уже просыпается, хотя еще не было свистка на подачу. Сгибаю ноги в коленях, в последний раз верчу ракетку в руке, чуть разжимая ладонь. Подхватываю так же уверенно. Дышу ровно. Уголки губ приподнимаются в предвкушающей улыбке.
Давай же.
Возвращаю мяч на сторону соперника.
Играем на равных. Доходим до равного счета в конце гейма. Судья объявляет тай-брейк.
