– Ну, слава самими же людьми создаётся. Может, ему выгодно иметь репутацию плохого парня? – предположила Юля.
– Для чего?
– А вот это надо у него спросить.
– Вряд ли он расскажет.
– Может быть, тебе расскажет. Знаешь, – внезапно говорит Юля, – мне кажется, ты ему, действительно, нравишься.
– О, нет! В это не поверю.
– Почему? Он показался тебе неискренним?
– Наоборот, – припомнила я. – Даже чересчур искренним. Это было так непривычно. Я до сих пор не знаю, что и думать.
– Если будешь много думать, точно запутаешься, – уверенно заявила подруга. – Слушай своё сердце. Оно не обманет. Помнишь, у Экзюпери?
– Да. «Самого главного глазами не увидишь», – процитировала я.
– Так и есть. А все эти рассуждения не более чем домыслы. Ты послушай мнения других, ещё больше начнёшь сомневаться.
– Я как-то не привыкла… сама во всём, – неуверенно произнесла я.
– Со временем привыкнешь.
Юлька, философ мой и терапевт личный в одном лице! Нет другой такой подруги, как она. Я обняла её в порыве чувств, прижала к себе.
– Спасибо, дорогая!
– Да пожалуйста. Кстати, что с Евгением делать будешь?
О нём, признаться, я совсем забыла.
– Я не хочу его.
– Это я уже поняла. Как и то, кого ты на самом деле хочешь, – она улыбнулась и подмигнула мне. – Только не надо говорить, что это не так. Он тебе тоже нравится, Ксюша!
– Но он не свободен, – напомнила я. Скорее, самой себе.
– Все мы в какой-то степени не свободны. Посмотришь, что будет дальше. Может, он так в тебя влюбится, что бросит свою длинноногую мадам, которой даже, чтоб улыбнуться, приходится усилия прилагать.
– Как ты её разделала! – мне стало смешно. – Но Пашке она явно нравится. Он же её выбрал.
– Или она выбрала его.
– Нет. Так не бывает, – возразила я. – Выбирают оба. Потом только оказывается, что с выбором поспешили.
Вспомнились родители. Столько лет прожили вместе и для чего? Чтобы потом разойтись, словно между ними ничего и не было? Оставить только претензии и упрёки, да обиды и слова недосказанные? Для чего тогда это всё было? Чтобы нас родить? А когда мы выросли, то не осталось доводов, чтобы продолжать совместную жизнь. Неужели меня тоже ждёт нечто подобное? В детстве я совсем о другом мечтала. И о любви единственной на всю жизнь, в том числе. Где она? Где?
– Ты чего взгрустнула? – чуткая Юля сразу насторожилась. – О чём думаешь?
– Обо всём. И о себе тоже. Что мне дальше делать?
– Время покажет. Просто живи.
Проведя целый день с Миладой, только под вечер я вернулся в общежитие. И лицом к лицу столкнулся с еле стоящим на ногах Евгением.
– Вернулся? – вместо приветствия бросил я, не особо радуясь встрече.
Евгеше было, наверное, всё равно. Он смотрел мимо меня своими раскосыми голубыми глазами, в которых было столько мути, что она могла выплеснуться наружу. Ему всегда башню сносит, если пьёт много. А мало пить он не умеет. В двадцать лет парень уже алкоголик. И никакими запретами его не удержишь. Что толку в этом родительском контроле, если он только усугубляет ситуацию? Чем больше ему запрещают, тем глубже он уходит в запой. Лишили бы его карманных денег в таком случае. Но ведь он и воровать может начать. Всё проще, чем на работу устроиться. Дурак малой, совсем дурак!
– Как дела, Пахан? – спрашивает Толян. – Ты с работы идёшь?
– Нет, я был у невесты.
– Значит, правду говорят, что ты жениться собрался? – оживился Евгеша. – Никогда бы не подумал про тебя.
– Тебе, Евген, вообще, думать вредно, – огрызаюсь я. – Скоро последний ум пропьёшь.
– Ты прямо как моя мама. Воспитываешь?
– Ещё чего не хватало! Сам за себя ответственность неси.
– Паш, а ты чего такой злой? – интересуется Толян. – С Миладой опять поругался?
– Нет, с ней всё нормально.
– Тогда, может, к столу присядешь? В ногах правды нет.
Меня жутко злило присутствие Евгена. Он этого, конечно, не понимал. Зато Толян, переводя взгляд с одного на другого, кажется, догадался. И под предлогом, что ему срочно надо поговорить с одним очень хорошим человеком, вскоре вышел из комнаты, оставив нас вдвоём. Тогда я задал Евгену вопрос, мучавший меня целый день.
– Где ты был сегодня днём? Я заходил, но Толян сказал, что ты в гостях.
– Правильно.
Дубина! Ты можешь говорить конкретно?!
– У кого ты был в гостях? – повторяю вопрос.
– У девушки.
Похоже, из него клещами придётся вытаскивать информацию.
– У какой девушки ты был?
Евгеша смотрит на меня так, будто впервые видит, и резонно отвечает: «Тебе какая разница?»
– У Ксюши Золотарёвой? – прямо спрашиваю я.
– Да.
Всё верно. Значит, это их голоса я слышал за дверью, накрепко закрытой от меня. Как же она могла… Ночь провела в моей постели, утром перебежала к нему. Девственница, говорит… Не верю! Слишком много промахов с её стороны. Она всё врёт. Ей просто нравится водить меня за нос. Поняла, зараза мелкая, что я увлекся ею. Теперь ей – карты в руки.
Ну, уж нет! Не дождёшься! Такого подарка я тебе не сделаю.
