Данил поразился произошедшей в писателе перемене: только что с ним едва не кокетничали, считая, очевидно, чуть ли не имбецилом или еще кем похуже, а теперь перед ним сидел деловой и собранный человек с умными проницательными глазами.
- По поводу вашей рецензии хотел поговорить. Вы там много всего написали такого… я настолько безнадежен? – на выдохе спросил Данил.
- Я бы сказал, - тщательно подбирая слова, начал Влад, стараясь не лапать Данила глазами. – Я бы сказал, что тебе не хватает жизненного опыта для таких книг.
- Жизненного опыта?
- Да. Есть у тебя любимый человек?
- Да. Девушка у меня есть.
- И ты с ней, разумеется, спишь…
Данил кивнул, смущаясь.
- О чем ты при этом думаешь?
- Думаю? Да ни о чем…
- Вот именно! – Влад затушил в пепельнице очередной окурок и откинулся на спинку кресла. – А настоящий писатель думает, анализирует и запоминает. А потом создает настроение на бумаге. Только не механически думает: рука туда, нога сюда, поцелуй, засос, поворот… нет, настоящий писатель сосредотачивается на ощущениях, на всепоглощающей страсти. Была у тебя всепоглощающая страсть?
- Э… не знаю.
Что-то во всем разговоре было неправильное, но Данил никак не мог понять, что именно его смущает.
- Боюсь, что, не испытав подобного, нормально писать о страсти не сможешь. Это все равно, что описывать вкус фрукта рамбутана. Пробовал такой?
- Нет.
- И как ты его опишешь, если понятия не имеешь, какой он? Может, как клубника или манго, может, как огурец. Потому и отделываться будешь общими фразами, неубедительно и пресно.
Данил совсем приуныл, отмечая правоту писателя. Действительно, как?
- И что мне делать? – спросил печально. – Бросать писать?
Сиди перед ним кто-нибудь другой, именно такой совет Влад бы и дал. Но парень был ему интересен, более того, интересен во вполне определенном плане, желательно, в горизонтальной плоскости. Да уж, сказал себе, опять на те же грабли, опять смазливые блондины… правда, этот хоть молоденький.
- Зачем бросать, тем более что слог у тебя неплохой. Надо просто испытать то, о чем пишешь.
- Легко сказать…
Влад усмехнулся: ваш выход, сэр.
- Я могу показать тебе, что такое подлинная страсть.
- Не понял… простите. Я бы еще кофе выпил.
Влад повторил заказ.
- Что именно тебе не понятно? – Данил поперхнулся.
- Вы… с вами… нет, спасибо, - молодой человек неожиданно расхохотался. – Да вы меня разыгрываете. Ведь разыгрываете же, да? – под серьезным взглядом веселье само сошло на нет. – Или не шутите? – спросил совсем тихо.
- Ты же хочешь писать эмоционально? Хочешь. Я могу дать тебе мастер-класс. Совершенно бесплатно, заметь.
- Я… нет. Во-первых, я не свободен, во-вторых, не могу я с мужчиной.
Влад расстановку приоритетов отметил.
- Во-первых, ты не женат, и детей у тебя нет. Да и не узнает никто. Во-вторых, ты же не пробовал. Откуда тогда знаешь?
Влад с трудом сдерживал желание засмеяться. А еще наброситься на такого сладкого и невинного.
- Нет, - наконец выдохнул Данил. – Спасибо, но такими методами меня это не интересует. Спасибо, что уделили мне время, - Данил поднялся, пожал сухую горячую ладонь.
Влад наблюдал, прищурившись.
- Не навязываюсь. Мой телефон у тебя, насколько я знаю, есть. Успехов на литературном поприще, - он улыбнулся. – И не пиши о том, чего не знаешь.
Данил ушел, а Влад сделал глоток эспрессо и опять закурил. Улыбнулся себе в полной уверенности, что мальчик позвонит. Зерно сомнения он заронил, и скоро оно даст такие всходы, что мало не покажется.
Данил шел домой, словно оглушенный. От встречи с писателем он ожидал чего угодно, только не того, что тот станет его столь откровенно соблазнять. «Я покажу тебе подлинную страсть»… вот надо же!
Дома он закрылся в комнате и опять включил отцовский ноутбук. Быстро пролистал документы с заготовленными, но так и не увидевшими свет репортажами, и вновь открыл самый, на его взгляд, важный, самый личный. Назывался он просто: ТЫ.
Звонок раздался посреди ночи. Сонный и относительно трезвый Влад снял трубку.
- Алле! Кто это?
- Зачем ты меня убил? - раздался шепот после продолжительной паузы.
Опять, подумал Влад, и швырнул трубку в стену.
- Я не хотел этого, Саша… - сказал в пустоту. – Бог свидетель, я не хотел, чтобы все так вышло…
========== Глава 5. Зерно сомнения ==========
«Скажу словами Хемингуэя: «по-настоящему серьезное отношение к писательскому делу — одно из двух непременных условий. Второе, к сожалению, — талант». Не могу не отметить, что определенные способности у автора присутствуют, но это, увы, еще не талант».
Из рецензии В. Соколова на роман Д. Ионова «Только боги знают».
Утром, первым делом Влад отправился в гараж. Гаражный кооператив, в котором тот был расположен, представлял собой один из пережитков советского прошлого, и большинство таких вот занимающих дорогую городскую землю гаражей давно снесли, но этот, стоящий на самой окраине города, казалось, временем был не тронут абсолютно.
- Доброе утро, - вежливо поздоровался со сторожем.
- Доброе, - кряхтя, отозвался тот.
