Проводив мужа, Ульяна вернулась в комнату проверить, все ли необходимое она собрала. И, удостоверившись, что все инструменты и косметика на месте, стала не спеша одеваться, нет-нет, да поглядывая на рекламный буклет с изображением беременной девушки.
Когда она уже застегивала плащ, позвонила свекровь.
– Привет, мам, что-то срочное? – Ульяна ухом прижала телефон к плечу, а сама старалась аккуратно подкрасить губы.
– Хотела спросить, как твои дела, – сказала свекровь, которая, по всей видимости, снова смотрела новости. – Олег уехал? Что собираешься делать?
Свекровь у нее была золотая, но иногда так донимала своей заботой, что становилось неловко. Недавно ей пришло в голову, что они просто обязаны взять малютку из детского дома. С какой-то нездоровой периодичностью мама напоминала им о такой возможности, приводила разные примеры и просто завалила Ульянины соцсети ссылками о том, как там несладко живется детям и что они просто обязаны помочь хоть одному. Но ни Ульяна, ни Олег даже слышать об этом не хотели. Успокоилась Алевтина Петровна лишь тогда, когда супруги пообещали заблокировать ее по всем фронтам.
– Я на работу собираюсь, если вам что-то привезти надо, или в магазин, то напишите мне список, – Ульяна как могла, старалась свернуть разговор. Ей очень не хотелось снова выслушивать о том, что негоже таскаться по квартирам и все такое прочее.
– Нет-нет, Олежа вчера вечером все привез, я просто хотела попросить у тебя те красные туфли, помнишь?
– О-о-о! – протянула Ульяна, вставляя ключ в замочную скважину. – У кого-то намечается свидание?
Алевтине Петровне недавно исполнилось шестьдесят, но она была совсем не похожа на старушку. Похоронив мужа пятнадцать лет назад, она не посвятила всю себя трауру, а старалась жить полной, активной жизнью.
– Да, – кокетливо ответила она, подражая голосу Пугачевой, – он настоящий полковник!
Ульяна в ответ расхохоталась, достала упомянутые туфли и пообещала, что завезет ей через пятнадцать минут по дороге.
Выруливая со двора, она аккуратно влилась в плотный поток машин, хорошо хоть выехала заранее, потому что ехать надо было через весь город. По дороге Ульяна заскочила к свекрови, та вышла к подъезду при полном параде: прическа, макияж и длинная шуба. Алевтина Петровна даже мусор выносить выходила так, как будто идет на прием к королеве Англии. Ульяна опустила стекло, передала пакет с туфлями, выслушивая недовольное ворчание Алевтины Петровны, извинилась, что не успевает к ней на чай и, пообещав завтра обязательно выслушать все подробности предстоящего свидания, уехала.
Припарковавшись около нужного подъезда, Ульяна аккуратно, мелкими шажками, чтобы не дай Бог не растянуться на скользком асфальте, проковыляла к багажнику своего “жучка”.
– Чертовы пробки, – ругалась Уля, вытаскивая из авто тяжеленный розовый чемодан, – чертов гололед!
Со злостью захлопнула дверцу багажника, и аккуратно пошла к подъезду. Ноги разъезжались на скользкой тропинке, Уля то и дело теряла равновесие, да еще и чемодан этот!
– Черт дернул меня надеть эти долбаные каблуки, – ругалась она, подойдя к квартире клиентки.
Дверь распахнулась, не успела Потапова даже палец к звонку поднести, и перед ней предстала Наташа Белова, бывшая одноклассница мужа и одна из первых клиенток Ульяны. Наташа запахнула шелковый халатик на груди и широко улыбнулась. Поначалу Уле казалось, что Белова влюблена в Олега, но потом, спросив напрямую, получила снисходительную улыбку в ответ и уверения в том, что в школе в него были влюблены абсолютно все девочки с первого по одиннадцатый класс.
– Не бери в голову, – сказала она тогда, – детская влюбленность давно прошла.
Ульяна, конечно, ревновала, но виду старалась не показывать, да и сдружились они довольно неплохо.
– Ты так громко чертыхалась, – проговорила Наталья, пропуская своего мастера в квартиру, – тебя, наверное, весь подъезд слышал!
– Ох, Наташ, сегодня прям коллапс какой-то, – разматывая шарф, ответила Уля, – три часа к тебе ехала.
Ульяна оставила чемодан в прихожей, предварительно вытащив из него все необходимое, и прошла в гостиную, где её уже ждала Наталья.
– Давай сначала по кофейку? – предложила хозяйка, указав в сторону журнального столика, на котором стоял поднос с кофейником, двумя чашками и парой круассанов.
– Французский завтрак? – улыбнулась Уля. – А давай.
Женщины разместились в мягких кожаных креслах. Уля отпила обжигающий ароматный напиток и, зажмурившись от удовольствия, прошептала:
– Божественный кофе.
– Спасибо, – без тени смущения ответила подруга, отставила чашку с недопитым кофе, и посмотрела Ульяне в глаза. – Ты что-то сегодня сама не своя. С Олегом поругались?
