Наука и христианство: история взаимоотношений полностью

Конфликт между монашеством и гуманистами стал неизбежен, когда гуманисты начали переносить свои философские взгляды в область учения о Боге. Так, Варлаам из философских посылок делал вывод о невозможности для человека иметь знание о Боге. Христианам необходимо довольствоваться лишь обращениями к авторитету святых отцов, которым было дано особое Откровение. Непознаваемый для обычного человека Бог во взглядах Варлаама выносился на периферию духовной жизни. Такие взгляды не могли не вызвать недовольства в среде исихастов, для которых непосредственное общение с Богом составляло суть христианства.

Святитель Григорий Палама выступил в защиту православного учения о познании Бога. Для него богословие это не просто академическая наука, но непосредственная жизнь Церкви. Опираясь на Священное Предание, святитель не боялся искать новые выражения и формулировки исконной веры Церкви. Это вызывало подозрения со стороны представителей официального богословия. Прот. Иоанн Мейендорф отмечает, что большинство противников Григория Паламы происходили «из среды представителей застывшего богословия – восточной схоластики, довольствовавшейся манипулированием несколькими святоотеческими формулировками и не уделявшей никакого внимания реальным проблемам своего времени».325 Они «любую динамическую мысль (даже если она имела солидное святоотеческое обоснование) подозревали в ереси».326

Жизненная позиция «византийских схоластов» может быть проиллюстрирована описанием Константинопольского собора 1341 года. Патриарх Иоанн Калека сначала попытался запретить Варлааму нападать на учение монахов и поднимать богословские темы для обсуждения, желая всячески избежать обсуждения вероучения. Когда это не удалось, был созван Собор, процедура проведения которого была следующей: сначала зачитывалось несколько отрывков из произведений Варлаама, затем монахи приводили опровергающие их цитаты из святых отцов, после чего император подводил итог дискуссии.327 Варлааму, не имевшему священного сана, участвовать в дискуссии запретили. В итоге он был вынужден признать свою неправоту.

Победа Григория Паламы над учением Варлаама еще не означала окончательного триумфа исихазма в Константинополе. Возражения против учения святителя высказал один из придворных богословов Акиндин. О. Иоанн так характеризует его позицию: «Он был искренне убежден, что Палама заблуждается, главным образом потому, что учитель безмолвия деятельно и творчески истолковывал святоотеческое предание. В их споре столкнулись два вида охранительства: буквалистское, дословно повторявшее формулировки святых отцов, и подлинный дух предания, стремившийся приобщиться к живому опыту святых отцов, всегда доступному вселенской жизни Церкви, а не только к произносившимся ими словам».328 О. Иоанн отмечает, что формальное богословие вполне устраивало византийских гуманистов, ибо позволяло им «предаваться «светской мудрости», оставаясь формально верными Православию и избегая живой встречи с истиной христианства».329 Тем не менее, после ряда проблем политического характера, учение св. Григория было официально подтверждено на Константинопольском соборе 1351 года. В 1368 году, всего через 9 лет после своей смерти Григорий Палама был причислен к лику святых.

Св. Григорий, будучи представителем монашеского богословия, довольно сдержанно относился к светским наукам. Кроме того, свои работы он писал в условиях полемики с рьяными приверженцами «светской учености». Впрочем, гуманизм Варлаама был еще далек от провозглашения полной автономии человеческого разума, которая позднее будет объявлена в Западной Европе. Последователи Варлаама, как и их оппоненты с почтением относились к авторитету древних. Однако в их число они включали не только святых отцов, но и Аристотеля с Платоном. При этом в области естественных наук эти философы обладали таким же непререкаемым авторитетом, как святые отцы в области богословия.