Итак, после того как субъективность, для-себя-бытие понятия перешло, как мы видели, в его в-себе-бытие, в объективность оказалось, в дальнейшем, что в объективности вновь появилась отрицательность для-себя-бытия понятия; понятие определило себя в объективности так, что его особенность есть внешняя объективность, иначе говоря оно определило себя как конкретное единство, внешность которого есть его самоопределение Движение цели достигло теперь того, что момент внешности не только положен в понятии и понятие есть не только долженствование и стремление, но как конкретная тотальность тождественно непосредственной объективностью. Это тождество есть, с одной стороны, простое понятие и равным образом непосредственно, с другой стороны - оно столь же существенно есть опосредствование, и лишь через него как само себя имеющее опосредствование оно есть эта простая непосредственностъ; так понятие состоит по существу своему в том, чтобы как себя сущее тождество было отличным от своей в-себе-сущей объективности и тем самым иметь внешность, но в этой внeшней тотальности быть ее самоопределяющим тождеством. Как такое,
понятие есть теперь идея.
РАЗДЕЛ ТРЕТИЙ
ИДЕЯ (DIE IDEE)
Идея есть адекватное понятие, объективно истинное (Wahre) или истинное, как таковое. Если что-либо имеет истину, оно ее имеет через свою идею, иначе говоря, нечто имеет истину, лишь поскольку оно идея. - Выражение "идея" вообще-то часто употребляется в философии, как и в обычной жизни, и для [обозначения] понятия и даже для [обозначения] простого представления: "У меня еще нет никакой идеи об этой тяжбе, об этом здании, об этой местности" - означает только, что у меня нет о них представления. Кант реабилитировал выражение "идея" как понятие разума. - Понятие же разума есть, согласно Канту, понятие о безусловном, а в отношении явлений оно трансцендентно, т. е. оно не может иметь адекватного ему эмпирического применения. Понятия разума, по Канту, служат для понятийного постижения (Begreifen), а понятия рассудка - для понимания (Verstehen) восприятии. - На самом же деле, если понятия рассудка действительно понятия, то они понятия (Begriffe) посредством их постигают (wird begriffen), и понимание восприятии посредством понятий рассудка будет постижением. Если же понимание есть только акт определения восприятии посредством таких определений, как, например, целое и части, сила, причина и тому подобное, то оно означает лишь акт определения посредством рефлексии, так же как и под пониманием можно подразумевать всего лишь определенный акт представления совершенно определенного чувственного содержания; так, если, описывая человеку дорогу, говорят, что она в конце леса поворачивает налево, и он, скажем, отвечает: "понимаю", то это "понимание" не означает ничего другого, кроме схватывания [сказанного] представлением и памятью. - "Понятие разума" тоже несколько нескладное выражение; ведь понятие - это вообще нечто относящееся к разуму; а поскольку разум отличают от рассудка и от понятия, как такового, он тотальность понятия и объективности. - В этом смысле идея есть разумное; она необусловленное потому, что лишь то имеет условия, что существенно соотносится с объективностью, но не с такой объективностью, которая определена им самим, а с такой, которая еще имеется по отношению к нему в форме внешности и безразличия, как это еще имело место во внешней цели.
Так как выражение "идея" сохраняется для [обозначения]
объективного или реального понятия и его отличают от самого понятия а тем более от простого представления, то следует, далее еще в большей мере отвергнуть ту оценку идеи, согласно которой ее принимают за нечто лишь недействительное, и об истинных мыслях говорят, что они только идеи. Если мысли суть нечто чисто субъективное и случайное, то они, разумеется, не имеют никакой иной ценности, но в этом отношении они стоят не ниже преходящих и случайных действительностей (Wirklichkeiten), которые равным образом не имеют никакой другой ценности, кроме ценности случайностей и явлений. Если же полагают, что идея, наоборот, не имеет ценности истины потому что она в отношении явлений трансцендентна, что в чувственном мире ей не может быть дан совпадающий с ней предмет 61, то это - странное недоразумение, ибо идее отказывают в объективной значимости потому, что ей недостает-де того, чтб составляет явление, неистинное бытие объективного мира. В отношении практических идей Кант признает, что "нет ничего более вредного и менее достойного философа, чем невежественные ссылки на мнимо противоречащий идее опыт. Самого опыта вовсе не было бы, если бы, например, государственные учреждения были созданы в свое время согласно идеям и если бы вместо них грубые понятия не сделали тщетными все благие намерения именно потому, что они были заимствованы из опыта" . Кант считает идею чем-то необходимым, целью, которую следует ставить себе как прообраз для некоего максимума, стремясь как можно больше приблизить к ней состояние действительности.
