— Некоторые мужчины умеют сострадать, — продолжил он. — Другие же, наоборот, не понимают, что женщина нуждается в защите. Я знал одного, который, услышав сплетни о жене, вызвал ее любовника на дуэль: свинья все разболтал об их связи, а потом просто бросил даму, когда та надоела ему. Подобные кавалеры бегают за каждой юбкой. Если бы тот муж был таким мстительным, как ваш князь Алексей, то сделал бы негодяя евнухом.
— Что произошло? — осторожно спросила Зина. — Любовник извинился или согласился на дуэль?
— Муж убил его, — прямо ответил Тирон. — Женщина была на пятом месяце беременности и намеревалась помириться с мужем, когда тот вернулся после долгого отсутствия. Ребенок был не от него, но бедняга отвез жену в деревню и решил остаться с ней, пока младенец не родится. Непонятно по какой причине, женщина решила, что сможет наладить отношения с мужем, если избавится от греха, и бросилась с лестницы, чтобы убить ребенка, которого зачала от другого. Она добилась своей цели, но заболела лихорадкой и через неделю умерла на руках у мужа.
Княжна подняла глаза и прямо спросила:
— Вы любили эту женщину, Тирон? Похоже, эта трагедия беспокоит вас. — Муж промолчал, а Зинаида раздумывала, какое отношение он имеет к этой истории. — Может, это была ваша сестра?
Тирон отвернулся и тяжело вздохнул:
— Не имеет значения, мадам. Она давно лежит в могиле.
Опять наступила напряженная тишина. Полковник никак не мог остановить кровь, и тогда Зинаида решилась предложить:
— Вы позволите перевязать вашу руку?
Райкрофт уже хотел отказаться, но побоялся еще раз обидеть девушку грубостью и неохотно согласился:
— Если желаете.
Улыбка озарила лицо Зины. Она вскочила, еще раз продемонстрировав свои длинные ноги, и вскоре вернулась со всем необходимым. Зная, что сдержаться будет трудно, полковник прикрылся маленьким полотенцем.
Во время перевязки Райкрофт внимательно следил за женой. При свечах кожа Зины казалась прозрачной, а черты лица — хрупкими. Темные ресницы прикрывали зеленые озера глаз, которые так очаровывали его и учили читать мысли. Райкрофта волновал ее стройный силуэт, и кровь опять взыграла в жилах.
— Теперь мне можно заняться вашей спиной? — спросила Зина, когда закончила перевязку. Боясь его отказа, она даже не поднимала глаз.
— Делайте что хотите, я устал спорить, — отмахнулся полковник.
Зинаида принесла кинжал и кувшин с бальзамом, дав мужу минутную передышку, и постаралась взять себя в руки.
Она осторожно промыла раны и вскрыла нагноения. Будучи военным, он привык к грубым лекарям, но ежился от боли, несмотря на всю нежность прикосновений Зинаиды.
Зина втерла бальзам. Разорвав чистое полотенце на полосы, она обвязала ими спину мужа, близко склоняясь над ним.
— Подержите концы, — попросила Зина, завязывая ткань на груди.
Ее рука словно нечаянно коснулась виска. Девушка опять получила возможность так близко рассмотреть англичанина и изумилась точеным чертам его лица. Захотелось коснуться языком мочки уха, но княжна сдержалась и завязала бинты на груди двойным узлом.
— Ничего подобного я не планировала, Тирон, — после небольшой паузы осторожно начала она, желая высказаться. — Я не хотела причинить вам зло.
Полковник недоверчиво рассмеялся:
— Я получил хороший урок из-за вашего гнусного предательства. Он оставил в моей душе такие же шрамы, как и на спине.
— Я была в отчаянии, — умоляла Зина, надеясь, что муж поймет ее. — Я не могла выйти замуж за князя Дмитриева и считала, что лучше потерять доброе имя, нежели оказаться с ним в постели. А вы так ухаживали за мной…
— Да, — согласился Тирон. — Ваша красота сразила меня, но вы коварством заманили меня в ловушку. Разве я мог догадаться, что вы делали это преднамеренно и даже не думали, что я могу поплатиться жизнью? Я рад, что моя голова осталась на плечах и что все остальное тоже не пострадало!
Зина покраснела. Взгляд скользнул на полотенце, прикрывавшее полковника. Княжна изумлялась своей нескромности, хотя теперь, наверное, имела на нее право.
— Я и не предполагала, что князь Алексей такая дрянь… Не говоря уже о жестокости…
— Не лгите, — прорычал Тирон. Он встал, побежал в другой конец комнаты, а потом вернулся к ней. Ярость помогла побороть желание, и полковник дал волю своим эмоциям: — Не знаю, когда вы выбрали меня в качестве жертвы, мадам, но сумели завлечь в расставленные сети, как опытная шлюха. Вы были кокетливы, как земная богиня. Более красивой женщины я не видел. И более роскошного тела — тоже. Вы использовали свое очарование, и я превратился в глупого юнца. Мадам, вы были столь ласковы и податливы, что я не устоял перед вами. Ваши глаза звали, ваши губы горели под моими поцелуями, и я, как слепец, как дурак, решил, что вы любите меня.
Зинаида не сводила глаз с мужа, не зная, как успокоить его. Он слишком обозлен и еще не понимал, что страсть завладела девушкой так же, как и им самим. Но если попытаться убедить мужа в этом, он непременно обвинит ее в новой лжи.
