— Я понимаю, почему ты скрывала от всех, что у твоей сестры есть ребенок, — как-то вечером сказал он ей. — Но мне непонятно другое: почему ты, будучи замужней женщиной, осталась девственницей? Ты не пускала Уолсингхема в свою постель?
Лежа в его объятиях, Франсин блаженно дремала. Услышав его вопрос, она положила голову на плечо Кинрата и, скосив глаза, посмотрела на него.
— Я тебе говорила, если ты, конечно, помнишь, что не Матиас сделал мне предложение, а я сама уговорила его жениться на мне, — улыбнувшись, ответила она.
Засмеявшись низким, гортанным смехом, он поцеловал ее в висок.
— Насколько я понял, ты пошла на это для того, чтобы тебя не заставили выйти замуж за Личестера.
Он гладил своей мозолистой ладонью ее обнаженную руку, и Франсин урчала от удовольствия.
— После смерти отца моим опекуном стал король Англии, — сказала она. — Поэтому жениться на мне мог любой, получивший разрешение короля Генриха. Узнав, что Эллиот собирается ехать в Лондон, чтобы просить аудиенции у короля, я прискакала в Уайт-Холл раньше него. В то время Матиас был канцлером и жил в лондонской резиденции Генриха. Я упросила его жениться на мне.
— Но ведь он был уже глубоким стариком. Почему ты выбрала именно его?
Задумавшись, Франсин прижала ладонь к ладони Кинрата, и их пальцы сплелись.
— И Матиаса, и Эллиота я знала с самого детства и достаточно хорошо изучила характер одного и другого, — сказала она. — Я решила, что пусть лучше моим мужем станет мудрый и добрый старик, чем юноша с буйным нравом, вспыльчивый и несдержанный. К тому же еще и законченный эгоист. Это я поняла еще тогда, когда мы детьми вместе играли. Я предложила Матиасу жениться на мне, но он объяснил, что, в силу своего преклонного возраста и слабого здоровья, не сможет исполнять свои супружеские обязанности, и у нас с ним никогда не будет интимной близости. Однако он принял мое предложение, так как понимал, что наш союз поможет мне выиграть время. Ну а после его смерти меня уже никто не будет силой принуждать к повторному браку, и я смогу выйти замуж по любви. — Углубившись в воспоминания о далеком прошлом, она поднесла руку Кинрата к своим губам и стала целовать его пальцы. — Мы надеялись, что Эллиот женится до того, как я потеряю Матиаса.
— И вы оба ошиблись на его счет, — сказал он, сочувственно посмотрев на нее.
Прижав голову Франсин к подушке, Лахлан наклонился над ней.
— Дорогая моя девочка, с самого первого дня нашего знакомства ты смущала и удивляла меня, — сказал он. — Признаюсь, я был в полном недоумении. Мне казалось, что у тебя были любовники. Я был уверен, что, будучи замужем, ты не изменяла Уолсингхему, но после его смерти у тебя точно были мужчины. Однако всякий раз, когда я пытался флиртовать с тобой, ты вела себя как юная неопытная девица. Когда я прикасался к тебе, целовал тебя, ты удивлялась и возмущалась. Я не понимал, почему такая пылкая и страстная молодая женщина, которая безумно любит жизнь, ведет себя как «синий чулок», почему считает невинный любовный флирт смертельным грехом.
Графиня улыбнулась, и на щеке у нее снова появилась прелестная ямочка.
— Должна признаться, что ты пробудил во мне любопытство, — сказала она, усмехнувшись. — Мне было интересно все, что ты делал. И все, что ты предлагал мне попробовать. Когда же я поняла, что могу доверять тебе, что ты не будешь принуждать меня к интимной близости силой, мне очень захотелось соблазнить тебя. Проверить, сможешь ли ты устоять, не нарушив данного тобой слова. Однако я поклялась Сесилии, что никто не узнает о том, что Анжелика ее дочь, и эта клятва помешала мне осуществить мои непристойные желания.
Чтобы наказать Франсин за такое коварство, Лахлан легонько укусил ее за мочку уха, уложил на спину и лег на нее, придавив к кровати своим большим, мускулистым телом.
— Давай сейчас осуществим все твои непристойные желания. Я всецело в твоей власти, — сказал он. — Можешь соблазнять меня сколько угодно. Я не буду сопротивляться.
Через неделю Лахлан и его двенадцать закаленных в ратных битвах соплеменников покинули Йорк. С ними были три женщины, которых поручили их заботам. Они ехали в центре колонны, а Касберт и Колин в хвосте, охраняя тыл. Уолтер по-прежнему скакал рядом с Франсин и Анжеликой; Лахлан и его слуга ехали во главе отряда: Понимая, что бандиты могут устроить засаду, граф выслал вперед скаутов, чтобы те прочесали окрестность. Всех мужчин, включая слуг леди Уолсингхем, предупредили, чтобы те ни в коем случае не останавливались, даже если увидят что-то необычное. Или кого-то… Лахлан не хотел, чтобы их снова заманили в ловушку.
Проезжая по сельской местности Северного Йоркшира, они пересекли огромные торфяные болота, поросшие вереском. Это был край обширных полей и глубоких оврагов, окруженных высокими холмами. С вершины каждого такого холма открывался великолепный обзор. Вся округа в радиусе сорока миль была видна как на ладони.
