– Какие планы, почему я не в курсе? – вступил я в разговор, смысл которого мне пока до конца был не ясен. Кроме того вызвало недоумение отсутствие остальных ребят из нашей «Дзеты». Куда подевались Гриша Баярдович и Кантемир сирин? Где хорошенькие младшие сестрички Таи: Сабрина, Тристана, Кассандра и Иоланта? И кстати, как там дела у «Винтика» и «Шпунтика»? Вправили им мозги в лекарне или нет?
– Что значит, какие планы? – грудным голосом произнесла Тая и, усевшись рядом, взлохматила мои тёмно-русые волосы. – Ты разве забыл, милый, что у нас расписан чёткий график? Вчера был ваш с Дарьей день, а сегодня ты весь полностью мой.
– А завтра чей? – недовольно буркнул я, ибо такая делёжка меня откровенно обижала. Я ведь в конце концов не кусок мяса.
– Мой! – рявкнула Дарья. – И если ты только попробуешь завести себе третью жену, то мы её с Тайкой быстро развоплотим на субатомные частицы. Понял, милый? – выдавила она из себя угрожающую улыбку.
«Это когда это я успел жениться два раза подряд? – пробурчал я про себя. – Напоили, охмурили, окрутили? Я может быть, пока до семейной жизни вообще не созрел. У меня впереди два года учёбы в академии магии «Лукомор» и там у себя на Земле нужно все дела как-то уладить и разрулить. Не-не-не, тут что-то не то».
И только я подумал о нелепости происходящего завтрака, как уютная кухня мигом сменилась на мрачный пейзаж поражённого какой-то болезнью леса. Мои красивые жёны в соблазнительных халатиках тоже куда-то запропастились, и стало совсем не до веселья. Кривые деревья без единого листочка нагоняли тоску, темно-серое небо давало ровно столько света, чтобы я не переломал ноги, а туман, который расстилался между причудливо изогнутых стволов, тихо шептал, что здесь, дружок, небезопасно. Только идиотский костюм с гербом «Рогов и копыт» оставлял надежду, что происходящее - это плод моей буйной фантазии, а проще говоря сон.
Как вдруг за моей спиной хрустнула сухая ветка. Я резко развернулся и чисто автоматически произнёс заклинание «люмэн мэум». И один обережный огонёк, повисший на высоте моего роста, осветил фигуру в старой студенческой чёрной мантии. В десяти метрах от меня стоял не кто иной, как ушедший в лучший из миров Немир Гамаюн.
«Если мёртвые приходят во сне, значит это кому-нибудь нужно», – подумал я и, выдавив из себя улыбку, поздоровался:
– Хелло, брат, как дела? А мы тебя недавно вспоминали. Принцесса Софья обмолвилась, что ты даже на гитаре играл. Что ж ты это дело забросил? Нам песня строить и самое главное, жить помогает. Вот это первый, а вот второй, а это третий, три аккорда, – пропел я хит группы «Дети».
– Не тарахти, – прорычал необычным хриплым голосом вечно угрюмый Немир. – Время у нас мало, поэтому слушай внимательно и запоминай. Сразу после матча возьмёшь у Софьи золото, затем скажешь, что тебе требуется для настройки и концентрации пять минут побыть одному. А сам за эти минуты под заклятием скорости бежишь в портал к старой крепости, где тебя уже будут ждать твои жёны. Уходишь в свой мир, и живешь там долго и счастливо.
– Какие жёны? Что за бред? – пролепетал я.
– Сам знаешь какие, – захихикал Немир. – Чего тебе надобно, путник? Ты в своём мире со своими талантами будешь царствовать как Бог - хорошая работа, большие деньги, красивые женщины. Живи и радуйся.
– Чушь какая-то получается, – возразил я. – Если король не снимет перстень, то этот мир постепенно умрёт. Умрут близкие и родные Дарьи и Таисии. Умрут мои друзья. А если некромантская зараза через портал перекинется на Землю, то что тогда? С нашими бомбами и ракетами это закончится глобальной войной все против всех.
– Дурачок, – загоготал Немир, – тебя же элементарно используют, ты - фигура в чужой игре. Какая война? Какая угроза миру? Идёт самая простая борьба за власть. Неужели ты думаешь, что кроме тебя здесь некому заставить короля снять перстень? Ха-ха-ха! – неестественно затрясся от смеха покойный студент. – Включи голову, глупец. А не послушаешь меня, тебя все предадут, – прошипел он с нотками угрозы. – Никому не верь, дурачок.
И вдруг откуда-то сверху с громким криком «мяяяуууу» на голову Немиру приземлился черно-белый кот Фёдор. Видение вмиг испарилось, забрав с собой туман, покойного студента, больные, кривые деревья и унылое темно-серое небо. А вместо этого появилась моя мансардная комната, кровать, где я лежал и кот Фёдор, который снова прыгнул на меня с верхней книжной полки. Таисия же ушла к себе ещё ночью.
– Фтафай-фтафай, мне пола на лабофу, – зафэкал кот, топча меня своими лапками. – Или фы фумаефь, фо мыфы фами фепя пелелофят?
– Если тебе пора на работу мышей ловить, то вот стол, вот открытая форточка, – проворчал я. – И хватит каждое утро прыгать с верхней полки. Я тебе, Федя, не батут.
– А поколфить на долофку? – котец попытался изобразить что-то похожее на улыбку.
– Покормить на дорожку? То есть мыши у нас уже не еда? – буркнул я и, покосившись на будильник, который показывал без пяти минут восемь, добавил, – ладно, пошли завтракать.
***