Наконец все расселись вокруг накрытой поляны, в центре которой стоял кальян. Я съела два бутерброда и пару печенюшек. На вопрос о кальяне я ответила отрицательно. Наученная горьким опытом я не хотела еще раз подавиться дымом. У меня после электронки до сих пор неприятно першило в горле, и я пыталась заглушить горечь соком.
– Тебе интересно так сидеть? – спросил Ваня, наклонившись прямо к моему уху.
– Не очень, а что?
– Прогуляемся?
– Давай.
Сев на скамейку недалеко от нашей компании, Ваня меня обнял.
– Не знаю, любишь ли ты обниматься, но я давно ни с кем не обнимался.
– Люблю, – ответила я и приобняла его за плечо.
– Ты давно катаешься стопом?
– Первый раз.
– Серьезно, что ли?
– Да, а что?
– Первый раз обычно едут километров триста, но никак не через всю Россию. Ты когда‑нибудь была во Владивостоке?
– Никогда.
– Тогда ты не была и в Улан-Удэ, да? Смотри, тебя там ждет вот такое.
Ваня показал мне фото огромного монумента с головой Ленина. Голова казалась отделенной от остального тела и выглядела жутковато. Я смотрела на эту фотографию, и мне было не по себе. Вспомнились страшные истории, которые он травил с самого начала встречи. Про огромных комаров и пропадающих без вести автостопщиков.
– Ты вот рассказывал про больших комаров, они не малярийные же? – спросила я на всякий случай.
– Да нет, просто огромные комары. И громко жужжат.
«Странно конечно, но да ладно», – подумала я.
– А как насчет пропадающих людей на дорогах? Настолько ли опасно ездить?
– Слышал, пропадали люди. Не мои знакомые. Но было такое пару раз на глухих трассах Забайкалья.
Ваня замолчал, давая мне время переварить информацию.
– Ты ведь уже полпути, получается, проехала с Питера, чего тут осталось‑то до Владивостока!
Так как я ехала стопом только с Екатеринбурга, мне совсем не казалось, что я уже преодолела половину пути. Однако я это опустила и сказала:
– После твоих историй хочется все бросить и рвануть обратно. Ты вот уже проехал эту опасную зону Забайкалья, тебе легко говорить.
– Ой, да ладно! Я ж рассказал не для того, чтобы ты боялась, а для того, чтоб была осторожней!
Ваня еще крепче меня обнял.
– Все хорошо, не волнуйся. Кстати, тебе сколько лет?
– Двадцать два, а тебе?
– Ничего себе, думал, тебе столько же, сколько и мне. Ты хорошо сохранилась. Мне девятнадцать.
Я достала телефон и посмотрела время. Было почти три часа ночи.
– Пойдем обратно, может, нас уже потеряли.
Когда мы вернулись к нашей компании, все уже собирались по домам. Мы распрощались, дав «пять» друг другу. В четвертом часу ночи мы зашли в маленькую квартиру-студию. Из мебели здесь были только стол да пара кресел-мешков. Из стен торчали неровные кирпичи, обоев не наблюдалось. Впрочем, мне студия понравилась, была в ней своя атмосфера. Почистив зубы, мы быстро улеглись на пол в свои спальники.
Я просыпалась много раз за ночь из‑за того, что было неудобно. На полу спать оказалось очень жестко и непривычно. Максим, казалось, тоже не выспался. Он лежал в спальнике и смотрел в потолок, о чем‑то думал, видимо, так же, как я, не хотел вставать.
– Ребят, доброе утро!
– Доброе утро, Вась, – сказал Максим, потягиваясь.
Вася уже заваривал кофе себе и своей девушке, а потом принялся за кальян.
– Знаете книгу Иуанова про кругосветку за сто рублей?
– Да, знаю, – ответила я.
– Там процентов семьдесят всего описано. Он мог бы написать куда больше. Мои знакомые как‑то с ним виделись, и он им рассказывал, что не вошло в книгу.
Мальчики расселись по креслам-мешкам вокруг кальяна. Я курить отказалась. Вася рассказывал о путешествии автостопом до Владивостока со своими экстремальными выступлениями. Они с другом искали последователей трикинга и снимали ролик об этом.
– Сколько времени максимально ждали на дороге?
– Пять или шесть часов. Двух парней плохо берут. Это был тот случай, когда из грязи в князи. Был ливень и почти ночь. Машина проехала метров сто, наверное, от нас, но мы ее заметили. Мужик до нас докопался, просил предъявить документы. Ну, мы показали. После долгих расспросов, кто мы и откуда, решил нас взять, пригласил к себе домой. Его жена накормила, напоила. Никогда не знаешь, где будешь ночевать и что будешь делать.
