Мы с Грэем склонились над чемоданом. Шелковая обивка, когда-то светлая, гладкая, теперь пожелтела и покрылась пятнами. В чемодане лежала смятая одежда. Мужская. Грэй достал изъеденные насекомыми брюки и полосатый галстук. Под ними лежали дырявые белые рубашки, коричневый ремень и пара черных кожаных ботинок. Грэй посмотрел на них и улыбнулся: «Мой размер». Он достал бумажник, раскрыл его и вытащил идентификационную карту.
– Его имя Эдвард Э. Гантер, – сказал он. – Число… – Он прищурился и вгляделся в карту, – 1951 год. Этот чемодан долго тут пролежал.
Грэй нашел страховую карточку и свидетельство о страховании жизни, которое было сложено так плотно, что буквально рассыпалось в его руках.
– Похоже, старина Эдди оценил себя в сто тысяч долларов, – сказал Грэй. Еще он вытащил несколько истрепанных купюр, пятидолларовую и несколько долларовых, и протянул мне бумажник. Я посмотрела на идентификационную карту штата Калифорния, на фото мужчины с темными волосами и печальным взглядом. Он был худощавый, с квадратной челюстью. Он показался мне атлетичным, амбициозным, чуточку похожим на Эрика. Интересно, как он или скорее его чемодан оказался на этом острове.
Еще Грэй нашел блокнот или записную книжку в кожаном переплете и открыл ее. Внутри лежала пачка фирменных бланков. Наверху была надпись жирным черным шрифтом:
Контора Э. Э. Гантера, вице-президента, «Калифорнийский Уэст-Банк».
– Значит, он банкир из Калифорнии, – сказал Грэй.
Я смотрела на фирменный бланк и представляла себе, как мистер Гантер курил сигару, сидя на удобном крутящемся кресле в шикарном офисе в Сан-Франциско с массивной пепельницей на письменном столе и смазливой секретаршей.
– Как он сюда попал? Как ты думаешь?
– Может, так же как мы. – Грэй пожал плечами. – После какой-нибудь катастрофы.
Я кивнула и достала шерстяной вязаный жилет.
– Он явно не собирался жить в тропиках.
– Значит, разбился самолет, – предположил Грэй.
– Но тогда мы увидели бы обломки.
– Мы пока осмотрели только треть острова. – Он махнул рукой вправо: – Кто знает, что там, на другой стороне.
По моей спине пробежала дрожь, когда я представила себе, как может выглядеть место падения самолета. Трупы. Кости. Я поежилась.
– Нам надо осмотреть весь остров, – сказал Грэй. – Если где-то лежат обломки самолета, там может оказаться что-нибудь полезное, что нам пригодится.
Я положила блокнот на колени, а Грэй уже хотел закрыть чемодан, когда заметил что-то еще.
– Видишь? – сказал он. – Тут есть еще одно отделение.
Он перевернул чемодан и стал возиться с замками. Мы ахнули, когда увидели, что лежало внутри: не меньше дюжины толстых пачек со стодолларовыми купюрами. То, что когда-то было аккуратными пачками, перевязанными резинкой, теперь покоробилось и загнулось от сырости.
– Теперь понятно, почему чемодан был таким тяжелым. – Грэй взял пачку долларов и провел пальцем по краю. – Мы богачи! Пойдем за покупками!
– В «Нордстром», – пошутила я. – Мне нужны новые туфли.
Грэй потер ладонью лоб.
– Очевидно, он от чего-то сбежал. Кто еще возит с собой в чемодане такие суммы?
Я разглядывала фирменный бланк, а потом заметила письмо. На нем не было почтовой марки или штемпеля, так что, скорее всего, оно не было никогда отправлено. Я вытащила его из блокнота и увидела, что оно адресовано мисс Мэй Гантер из Сакраменто, Калифорния. Я тут же вынула листки из конверта и стала читать вслух.
