– Да, я смотрел! – сказал диспетчер с вызовом. – У меня тоже был сначала шок, когда узнал! Мне Марлен проболталась, то есть ей намекнули, что уже можно… И куда деваться, я к тому моменту пять лет здесь пробыл, Бочка-Восемь мне стала дом родной. И я, Генеральный диспетчер, отвечаю за людей и должен знать, как работает система жизнеобеспечения! А позитив – элемент системы жизнеобеспечения и ничто иное! И Каркова я возил на Бочку-Девять, чтобы он посмотрел!.. Кстати, Андрэ, где ты его поймал, этого тираннозавра?
– Случайно, не поверишь. Так это он у тебя отвечал за позитив?
– Нет. Ему даже знать о нем не положено. Есть два штатных техника, которых выбрала Корпорация, и я третий, больше никому. Карков – главный инженер этой богадельни и мой персональный резерв на случай чрезвычайных ситуаций. У него сила воли потрясающая, он вообще человек-кремень.
В углу гулко расхохотался Карков.
– Да пош-шел ты! – бросил ему диспетчер.
– Сам дурак, – сказал Карков.
– Да, дурак! Понадеялся на тебя! А ты в критический момент оказался такой же тряпкой, как все!
– Меня жена не любит, – объяснил Карков. – Я еще повешусь, наверное, когда вы все повеситесь.
– Знаешь что!..
– Виктор, остынь. И зачем ты подставил Ваню, если он такой замечательный? – встрял Баженов.
– Так он сам нашел эту штуковину. За техниками проследил. Мне было некуда деваться.
– Кстати, где твои техники?
– Тут в подвале сидят, плачут. Им все равно, где плакать. Слабаки.
– Так позитив… Здесь? Под нами?
– Черт побери, Андрэ, это два ящика с примитивной электроникой. Два контура, основной и запасной. Основной сгорел, второй не запустился, его вскрыли, пока еще могли как-то шевелиться, а там – макет. Судя по внешнему виду, ему те же самые сто лет. Тогда и украли комплектующие. Или забыли поставить, какая теперь разница… И те же самые сто лет никто в тот ящик не заглядывал! И я не заглянул! А знаешь почему?!
Он чуть приподнялся и посмотрел в угол.
– А потому что я такое же фуфло, как наш доктор! – заорал диспетчер. – Потому что все хорошо у нас! И полная бочка счастья! На позитиве, с-сука! Карков! Головой его об стену постучи, эскулапа хренова, а? Хочу услышать этот звук!
– Да ну, лень, – отозвался Карков.
Диспетчер опять сник.
– Корпорация уже все знает. К нам летят техники с Бочки-Девять, везут свой запасной контур. Но ходу оттуда – трое суток, и это еще ничего, с Бочки-Семь – почти две недели. Понял, в чем проблема, спасатель? То-то.
– Как они сами доберутся сюда без позитива, если сидят на нем постоянно? – задумался Баженов. – У них такое же похмелье будет.
– Закинутся таблетками и долетят как миленькие. Тамошней братии позитив не особо и нужен. Если у них тоже основной сгорит – обойдутся внутренними резервами, наркоманы чертовы.
Баженов удивленно поднял брови.
– Я же тебе объяснял про алкоголизм и наркоманию. А Бочка-Девять это три в одном, у них и момент сектантства присутствует, только не религиозного, а сексуального. Позитив там – чисто для поддержки минимального тонуса.
– Хорошо устроились… – только и сказал Баженов.
– И не говори. Что такое Бочка-Девять – бензоколонка, салун и бордель на фронтире. Фестиваль всеобщей любви, как они это называют. И правда фестиваль, очень красочный и даже, я бы сказал, трогательный. Прилетаешь – а тебя все любят. Искренне. Круглые сутки, нон-стоп все тебе рады. Море радости, непрерывный бег за счастьем. Но есть чисто коммерческий подвох: чтобы не раздувать штаты, бегут за счастьем эти девочки и мальчики на таблетках. Иначе персонала нужно было бы вдвое, а то и втрое больше. А чтобы клиенты тоже бегали и прыгали и выжимать их досуха, там эти таблетки – на каждом углу и за себестоимость. Бочка-Девять столько «дури» производит, на весь Пояс хватит. В том числе и из наших стимуляторов, кто бы мог подумать…
Баженов подошел к окну. Не хотелось ему дальше слушать ужасы про Бочки.
Офис Генерального диспетчера стоял в парке, но в отличие от приземистого космопорта был пяти этажей в высоту – самое высокое строение на станции «Мечта‑8», не считая нескольких спортивных арен, – и вид отсюда был волшебный.
Если не обращать внимания на зеленую стену, там, за окном, простирался во все стороны форменный рай. Мечта любого землянина, кто не помешан на жизни в мегаполисе. Утопающие в сочной зелени домики. Симпатичные и функциональные общественные здания. Удобные дороги с пешеходными зонами. И не надо бороться за жизнь, не надо бояться старости, тебя не выкинут со станции, здесь места еще с запасом на столько же людей, и Корпорация позаботится о тебе, до последнего вздоха будешь сыт, одет… счастлив. И ты не заперт в Бочке, тебе открыты все дороги: улетай куда хочешь и когда хочешь. На учебу, в отпуск, к родным, просто развеяться, не проблема. Только реши с Корпорацией, ты вернешься – или насовсем, тогда она найдет другого. Хотя и будет сожалеть. Корпорация любит тебя. Она ведь тебя вырастила и выучила на свои деньги, ты ее человек. Но ты был свободен и остаешься свободен.
