— Отойди подальше.
Просить дважды не пришлось. Один из гопников делает шаг в мою сторону. Я быстро достаю баллончик, направляю на него и распрыскиваю. Нападавший зашипел и отошел, прижимая к лицу руки.
Других, правда, это не смутило. Еще два тела перли на меня с двух сторон. Достаю зажигалку и нажимаю сразу на две кнопки, сопроводив это криком:
— ФУС! РО! ДА!
На Архипова и его приятеля обрушилась огненная перцовая струя. Этакая магия огня икс три.
Вот уже все трое держались за лица и совсем забыли про нападение. Один из них прошептал сквозь кашель:
— Ну его *****! Валим!
И они ушли. Я проводил их взглядом и резко рассмеялся. Дикий смех сразил меня. В животе закололо, а из глаз брызнули слезы. Падаю на землю и начинаю буквально по ней кататься, не переставая ржать.
Ко мне подбежала испуганная Таня. Она подняла меня на ноги и поинтересовалась:
— Что с тобой? Все хорошо?
Я отдышался и ответил сквозь остаточный смех:
— Ну это ж забавно… Думали, что сейчас на раз-два наваляют… А я… Фаерболы в них метнул…. АХАХАХАХАХ… Как какой-то боевой маг…. Литовский боевой маг.
Мне было дико смешно. Таня тоже улыбалась, хотя вряд ли поняла, что такое «фаербол». Не думаю, что подобное фэнтези было тогда популярно.
— Ты в порядке? — теперь моя очередь задавать вопросы.
— Да. Просто немного перепугалась. Архипов очень настойчивый. Его даже пугалки брата не смутили.
— Представляешь, а я ему уже два раза хорошенько навалял. Как видишь, это его тоже не убедило.
— Ну и ладно. Пошли домой, раны обработаю.
Я хотел было сказать, что никаких ран у меня нет, но передумал. Девушка сказала «надо» — паренек ответил «есть».
А дома все было очень хорошо. Мы попили чай, а потом Таня оголила верхнюю часть тела и игриво сказала:
— За подвиг герою полагается награда.
Ради таких наград я готов совершать подвиги хоть каждый день. Без выходных и праздников.
— Разряд! — даю команду, после которой Шурик начинает со всей силы крутить ручку катушки.
Эффект не заставил себя ждать. Ноги робота дернулись так, словно их поразила судорога. Сначала левая нога резко подскочила вверх, а затем и правая, после чего обе конечности плюхнулись на землю. Больше движения не было.
— ОНО ЖИВОЕ! — торжественно прокричал я, прямо как в фильмах про Франкенштейна.
— Ага, только не буду же я вечно крутить ручку, — буркнул Шурик, вытирая пот со лба. Похоже, для него любая физическая активность была самым настоящим испытанием.
— Конечно, не будешь, это ж не гуманно! Автоматизируем процесс, чтоб энергия генерировалась сама.
— А как?
— Как в батарейке. Энергия бегает по кругу, тем самым заставляя двигаться устройство. Иногда их (батарейки) надо будет менять. Или заряжать от розетки.
Сказать то можно, но вот как сделать? В детстве у меня были игрушки на батарейках. Они сами ходили и пели песни. Одна из них и вовсе нанесла мне психотравму (об эффекте зловещей долины я тогда ничего не знал).
На шестой день рождения бабушка мне подарила игрушечную мышь на батарейках. У этого существа было очень страшное выражение морды. Когда сие чудо технической мысли пошло на меня, напевая песню, а испугался до ужаса и кричал, как псих. А ночью, когда родители не видели, расколотил чудовище об пол. Потом разобрал.
Тогда я и увидел механизм, который заставляет ее ходить. Помню его смутно, но что-то точно в голове осело. Может, сейчас это пригодится.
— Ну, ты загнул, конечно, — Шурик пытался осмыслить услышанное мной, — Хотя, погоди. Механизм может ходить сам, ему нужен лишь маленький толчок.
— Именно, — я щелкнул пальцами от радости.
— Эх, дотянуть бы до стипендии, — вздохнул молчавший до того Электроник, — Закупимся «Кронами». Они мощные, по девять вольт каждая.
— Ага, и сколько их надо для нашего драндулета? — возмутился Шурик.
— Много. Но это не беда.
— Погодите, — вмешиваюсь в разговор, — А разве батарейки не дефицит?
Парни почему-то рассмеялись.
— Модест, ну ты как с Луны свалился, право слово. Их навалом, и стоят они по 48 копеек. У вас в Литве такого нет? — посмеялся Электроник.
— У нас в Литве вообще все по-другому. Многие привычные нам вещи у вас тут почему-то трудно достать?
— Например? — поинтересовался Шурик.
— Туалетная бумага. У нас ее много, а тут…. Парни, я устал уже газетами подтираться. У меня вся кожа шершавая стала! Скоро рассыпется.
Моих соседей по комнате накрыл второй приступ смеха. Я их веселья не разделял. Газетная бумага действительно жесткая, особенно если ты до того годами пользовался мягкой трехслойной.
— Рад, что вам смешно.
— Прости, но это было так… Эмоционально.
— Пффф, еще бы!
— Ладно, — выдохнул Шурик, — Продолжим уже на следующей неделе. После покупки батареек. Больше я крутить не собираюсь.
— Даааа, — согласился Электроник, — При капитализме человек эксплуатирует человека, а при социализме — наоборот.
На этот раз смеялись уже все втроем.
****************************************************************
Учеба преподнесла свои сюрпризы. На английском мы занялись переводом школьного учебника по физике. И это боль.