И верно, через пару минут серая машина подъехала к нам, со скрипом остановилась. В салоне сидел Григорий, свет он пока гасить не стал. Дверь приоткрылась, наружу, еще в джинсах и рубашке, выбрался Гриша.
— Что-то случилось? Где тебя носило? — поинтересовался я, шагнув к журналисту. — Почему опоздал почти на час?
— Возникли сложности, — хмыкнул тот. — Шину переднюю пробил, сразу перед съездом с моста. Пришлось по-быстрому менять, иначе я бы вообще к вам не доехал. Я, как бы, совсем не автомеханик, колеса всего раз в жизни менять доводилось. И то, на «Москвиче». Благо мимо пенсионер на «четверке» ехал, подсказал что и как. У вас тут как обстановка?
— Нормально. Переодевайся быстрее. — Виктор перебросил ему плотный сверток с подготовленным камуфляжем. — И так из графика выбились. Нужно нагонять.
Не прошло и пяти минут, как журналист был готов. Всю гражданскую одежду сунули в отдельный мешок, закинули в багажник. Когда сделаем все дела и придется уходить со станции, нужно будет во что-то переодеваться.
Мы вооружились стволами и перцовыми баллончиками. Их у нас было шесть, но на дело взяли по одному и еще один я кинул в свой рюкзак. Из оружия я взял привычный мне «Макаров». Сначала хотел взять «Парабеллум», но потом подумал и решил, что это оружие хоть и хорошее, но все-таки оно было мне незнакомо. Не пристреляно. И вообще, не любил я немцев. Хотя, честно говоря, изначально нацелился на раритет, так как переживал, что ствол Петра может быть где-то засвечен. А впрочем, какая разница? Мы намеренно обмотали рукояти пистолетов изолентой, которую потом легко содрать и уничтожить. Так далеко я не заглядывал…
— Готов? — спросил Виктор.
Гриша молча кивнул, принялся проверять магазин у своего Вальтера, сунул его обратно. Поставил оружие на предохранитель.
— Дозиметр несу я? — он указал на модифицированный мной «ДП-5». Для него мы соорудили нечто вроде чехла с переноской.
— Бери. Только аккуратнее с ним. Вещь хрупкая — один раз уронишь, можно выбросить. А другого сами понимаете, у нас нет.
— Не переживай.
Я кивнул, вытащил и проверил пропуска. Если что-то пойдет не так и забраться через крышу мы не сможем, останется резервный. Через проходную, пусть это и крайне рискованно. Ничего, один раз я уже прошел там, использовав локальное задымление. К тому же, там будет стоять Горчаков, что-нибудь решим…
Виктор обвешался дымовыми шашками, взвалил на плечо болторез. Инструмент был тяжелый и неудобный, но прогрызть ограду без него просто невозможно. По крайней мере, аккуратно.
— Все готовы? — выдохнув, спросил я, глядя на часы. — У нас осталось сорок минут, чтобы проникнуть на электростанцию. Нужно поторопиться.
— Ага! График мы уже благополучно профукали, — недовольно хмыкнул Виктор, загружая болторез в машину. — Но пока у персонала будет идти пересменка, все это дело затянется примерно до десяти пятнадцати вечера. Предлагаю максимально ускориться.
Я переживал, успеет ли Курсант прибыть на место? И вообще, как он намерен действовать? Ведь что ни говори, а Андрей не был посвящен в наш план детально, и я терялся в догадках, как именно он собирался пробраться на ЧАЭС? Пропуск-то у него имелся, но вот действовал ли он еще — я не знал. И все же, я очень надеялся, что он не подведет, хотя где-то в глубине души понимал, что в случае неудачи, придется действовать самому. Я изначально делал себе установку — ни на кого не полагаться и рассчитывать только на себя.
Мы загрузились в машину. Я положил на торпеду бинокль, взял карту маршрутов.
Виктор сел за руль — дорогу он знал лучше всех, так как почти неделю он провел в этом районе, проверяя все подъездные пути.
Завели движок с третьего раза — у меня даже тревожная мысль промелькнула, что мы останемся без колес и придется спешно менять план. Но Гриша уверенно заявил, что с машиной все нормально и «сейчас поедем».
Тронулись и выехали. Виктор явно торопился, намереваясь поскорее проскочить Янов и выехать на дорогу между Припятью и Чернобылем. Свет пока гасить не стали, до АЭС было еще далеко. Дорога с колдобинами «УАЗу» была нипочем, хотя машину кидало вправо и влево. Недавние дожди тоже оставили свой след, кое-где имелась серьезная грязь, которую Виктор старательно объезжал.
Мы миновали железнодорожную станцию Янов, свернули к выезду на асфальтированную дорогу. Заметно ускорились.
Я вытащил из кармана и включил фонари принялся внимательно осматривать карту, еще раз прогоняя в голове весь порядок действий.
Прошло около полутора минут…
— Ох, твою мать! — крикнул Виктор, резко выруливая вправо.
Сначала я ничего не увидел, только яркую желтую вспышку.
Зажмурившись, я машинально прикрылся рукой и кое-как разглядел, что справа, с примыкающей грунтовой дороги, скрытой кустами, вылетела машина. Кажется, это была «Копейка». Цвета в суматохе я не разобрал.
Мы едва уклонились от столкновения, еще немного и в пассажирскую дверь смяло бы от удара.
— Сука! Это что за хрень? — вскричал я, обернувшись назад. — Клык?
— Не тормози, Витя! — крикнул Григорий.
