Сын Хрущева Сергей, присутствовавший на том заседании ООН, рассказывал, что ботинок с Хрущева снялся в толпе, а затем ему его принесла охрана. Он, постукивал по столу кулаками в знак несогласия с выступлением, а впоследствии стал помогать стучать по столу и ботинком.

На следующий день в газете The New York Times вышла статья под заголовком «Хрущев стучит своим ботинком по столу». В ней была опубликована фотография, на которой изображены Хрущев и Громыко, причем перед Никитой Сергеевичем на столе стоит полуботинок.

На том же заседании Хрущев назвал филиппинского докладчика «холуём американского империализма», поставив в тупик переводчиков.

А эти снимки – современный фотомонтаж. С ботинком Никита Сергеевич на трибуну ООН не выходил. Кстати, опираясь на этот фотомонтаж, недавно стали доказывать, что никакого эпизода с ботинком Хрущева в ООН не было, что, конечно, тоже неправда и перегиб, только уже в другую сторону. Ботинок Хрущева стоял на его столе.

А вот как это было на самом деле…

На фото: Никита Хрущев и Андрей Громыко в ООН, 1960 год

– На пенсию скоро уйдет твой Хрущев. А капитализм в СССР начнут строить, когда прилавки в магазинах совсем опустеют. Пока еще на прилавках все более-менее. А вот когда прилавки опустеют и начнут строить капитализм, о сохранении страны уже никто не будет думать, – сказал я с легкой грустной ухмылкой Сержу.

– Брось, Гарри. СССР никогда не распадется. Это же страной должны начать управлять идиоты или откровенные предатели! А у нас в СССР, как ты знаешь, всех предателей расстреливают, а идиотов в советском правительстве нет. При Сталине всех предателей на чистую воду вывели. Посажали и постреляли. Жаль, невинные люди пострадали, о чем рассказал Никита Сергеевич Хрущев на XX съезде КПСС еще в 1956 году. Предатели или идиоты просто не смогут подняться так высоко во власть. И с чего ты вообще взял, что Хрущев на пенсию уйдет?

– Ну, мне так кажется… А в остальном и идиоты найдутся, и предатели откровенные. И никто их не успеет не то что расстрелять, но даже и просто отстранить от власти. Если, конечно, мы с тобой им не помешаем. Давай об этом в следующий раз поговорим, когда времени будет побольше, – сказал я Сержу.

– Ты фантазируешь, Гарри. Кстати, у тебя почти пропал акцент, – заметил Серж.

– Спасибо тебе, Серж. Практика. Тем более что я же русский, не забывай. Мои родители, бабушки и дедушки говорили по-русски, – улыбнулся я. Это действительно было моей ошибкой. В разговоре с Сержем я стал забывать, что мне нужно говорить с легким акцентом.

– ОК, – сказал я. – Ты сейчас куда?

– В институт поеду. Я же учусь, а не только «куплей-продажей» занимаюсь.

– Фарцовка и спекуляция… Кажется, это так у вас называется, – сказал я с добродушной шутливой ухмылкой.

– Только тише. Такие слова громко не надо произносить, – тихо, с легким испугом ответил Серж.

– ОК. Не буду… Спасибо за хороший прием и завтрак!

Мы договорились встретиться через неделю в парке и попрощались. Выйдя вместе из подъезда дома, Сергей пошел в сторону метро «Новослободская», а я решил зайти утром в парк у Театра Советской Армии. Там я решил прогуляться и все обдумать.

<p>36. А не поехать ли на море?</p>
Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги