Через несколько минут, когда все собрались, люди прошли на посадку в туристический автобус. Несмотря на то что сезон отдыха в Крыму в 1964 году только открывался, народу на экскурсию захотело пойти достаточно. Люди полностью набились в автобус. Свободных мест не было. Алексей пригласил нас с Натальей в машину. Автобус тронулся, а мы последовали за туристическим автобусом.
В машине мы поначалу мало разговаривали. Было видно, что Алексею все-таки не совсем легко после вчерашнего вечера. Ехал он неуверенно. Хорошо, что автобус с группой туристов тоже ехал небыстро. Леша категорически не стал рассказывать нам подробности своего вчерашнего разговора в баре с человеком всесильного главы КГБ Семичастного – Юрием Геннадьевичем и не стал даже намекать на тему антихрущевского заговора. Впрочем, мне было примерно ясно, что сказал ему Генадич. Председатель КГБ СССР Владимир Семичастный, как я знал, был на стороне заговорщиков. Задачей Генадича было заставить замолчать Алексея и не распространять секретную информацию или разубедить его в серьезности этой информации. Именно поэтому он его предупредил никому ничего не рассказывать, а изложить все, что знает Алексей, в письменном виде. Не умеешь держать язык за зубами – доверь все бумаге. А бумагу эту можно потом сжечь. Не сгорит бумага – сгоришь сам.
Безопасность Алексея была под явной угрозой, на мой взгляд. Хотя он об этом, видимо, не догадывался. Тут ведь не так важно, кто ты, а важно, что ты знаешь. Знания Алексея о предстоящем возможном заговоре против Никиты Хрущева оставляли ему мало шансов на спокойную жизнь. По крайней мере на свободе. Зря я все же сел к нему в машину. Как бы чего не вышло. Улететь в обрыв с дороги и врезаться в скалу в результате отказа рулевого управления – не самая радостная перспектива. Хорошо, что автобус перед нами ехал совсем медленно.
Алексей нам что-то рассказал о пользе алкоголя, а потом и о пользе кефира, а также о методах борьбы с похмельным синдромом. Спустя минут 20–30 мы неспешно добрались до места. Мы припарковались за туристическим автобусом.
В этот момент рядом с нами припарковалась новенькая черная «Чайка» ГАЗ-13. Из нее, к нашему удивлению, вышел улыбающийся Генадич в светлой рубашке с коротким рукавом. Он был одет типично по-южному, в бежевых брюках и в подобного цвета ботинках. За рулем «Чайки» был угрюмого вида водитель. Он тоже вышел, но встал у переднего крыла автомобиля, немного облокотившись на него. Несмотря на жару, на водителе был пиджак. Значит, с оружием, понял я сразу. Черные очки водителя «Чайки» скрывали его глаза и направление взгляда.
