Дождавшись ответа, нарком поздоровался — Здравствуй, Федор Кузьмич! Тут такое дело! Даже не знаю как сказать. Я одному четырнадцатилетнему пареньку из Воронежа пообещал поступление в этом году в твое учебное заведение. Да нет, он досрочно получил свидетельство о окончании десяти классов, стреляет как Вильгельм Тель, дерется так, что иной пластун позавидует. Сможешь несмотря на возраст зачислить Александра Шелепина на первый курс? Если он не оправдает мои ожидания и не справится с учебным процессом, ты его сможешь отчислить. Кстати, Александр в своей школе секретарь комсомола и ведет спортивный клуб по борьбе, тренируя и своих сверстников и взрослых. Ты не поверишь, но почти все руководство комсомола и Партии тренируется у Шелепина. Так что советую парня привлечь к обучению разработанной им системы борьбы без оружия. Его ученики выиграли соревнования у самого Спиридонова. Да-да, у него самого. Похоже методы обучения у Шелепина более эффективные. Я склоняюсь к тому, чтобы его САМБО внедрить в РККА, тем более что Воронежский ОСНАЗ тренируется на подобной методике, Василий Ощепков, которого я сдуру не удержал в армии, теперь в ОГПУ будет широко внедрять разработанную им совместно с Шелепиным борьбу САМБО! Сам товарищ Менжинский назначил Ощепкова своим заместителем! Удивлен? Я сам в шоке! Ты мне еще спасибо за парня скажешь! Да. Да. Значит, договорились? До встречи в Москве на совещании начальников всех учебных заведений. Когда? Скорее всего в октябре. Чувствую, пора мне больше внимания уделять обучению наших будущих краскомов.
Положив трубку, нарком довольно потер руки — обещание свое он сдержал, теперь этот Шелепин должен доказать свою полезность.
На совещание Совнаркома Менжинский выбрался, пересилив себя. Врачи уверяли его, что ему нужен покой, хорошо бы съездить отдохнуть в санатории на море, но Вячеслав Рудольфович как и его предшественник не мог позволить себе покинуть свой пост и предпочитал отлеживаться дома, когда ему становилось лучше, он спешил опять на Лубянку. Впрочем и дома Менжинский работал с документами, с ужасом понимая, что достойного приемника у него нет.
Конечно, новый заместитель, которого он приглядел себе в Воронеже, подавал большие надежды, но тому требовалось вникнуть в работу всего аппарата, во все нюансы службы и уметь находить компромиссы при общении с власть держащими.
Все органы государственной власти в СССР контролировались коммунистической партией. Высшим органом партии был съезд, который формировал ЦК партии, и члены ЦК раз в квартал собирались на Пленумы, где решались самые важные вопросы партийного и хозяйственного строительства. Наркомы от пленума до пленума делали что хотели и никакой управы в этот период на них фактически не было.
Постоянно действующими органами ЦК были Политбюро, Оргбюро и Секретариат. Наиболее важным из них было Политбюро. Его решения воспринимались как обязательные для исполнения всеми как партийными, так и государственными органами. В связи с этим вопрос о власти в стране сводился к вопросу о контроле над Политбюро. Все члены Политбюро были формально равны, но до 1924 года наиболее авторитетным из них был Ленин, который и председательствовал на заседаниях Политбюро. Однако в период с 1922 года до своей смерти в 1924 году Ленин тяжело болел и, как правило, не мог принимать участия в работе Политбюро. C 1922 года до декабря 1925 года на заседаниях Политбюро обычно председательствовал Лев Каменев. С декабря 1925 года председательствовал глава Совнаркома Рыков и затем сменивший его Молотов. (Примечание автора: лишь с мая 1941 года занявший пост председателя Совнаркома Сталин стал председательствовать на заседаниях Политбюро).
Формальным главой государства был Михаил Калинин. Высшим органом государственной власти по действующей конституции был Верховный Съезд Советов, который избирал ЦИК (Центральный исполнительный комитет в составе Совета Союза и Совета национальностей). ЦИК формировал правительство — Совет народных комиссаров). Главой правительства страны после Ленина (председатель СНК СССР в 1923—1924 годах, из-за болезни практически не выполнял свои обязанности и его замещал на этом посту Рыков), на Шестнадцатом съезде ВКП(б) в 1930 году произошёл окончательный разгром «правой оппозиции» (Бухарин, Томский, Рыков, бывшие «зиновьевцы» Угланов и Рютин). Затем с 1930 года председателем СНК СССР стал Вячеслав Михайлович Молотов.
